0
0— Значит, я получу то, что ты предложила за мои деньги?
Он держал мой взгляд, пока стягивал бретельку моего платья. Она почти мучительно скользила по моей верхней руке. Я не могла отказаться от сделки сейчас. Если Лоркан Девани подаст жалобу, я не смогу выбраться из Содома невредимой. Это место не отличалось добротой к тем, кто нарушал правила.
Его щетина коснулась моего плеча, когда он наклонился ближе. По моей коже побежали мурашки. Когда он подошел к моему горлу и сделал глубокий вдох, я прикусила нижнюю губу.
— Значит, поиски информации о твоей сестре привели сюда? — Его смена темы сбила меня с толку, что, как я предполагала, было его намерением.
— Да. Кто-то здесь должен что-то знать.
— Может быть, я мог бы узнать что-нибудь для тебя.
— Это было бы потрясающе, — сказала я, и мое дыхание прервалось, когда его язык высунулся, чтобы попробовать мое горло. Его близость и прикосновения разрушали мою способность ясно мыслить. В те несколько раз, когда Патрик целовал мое горло, это напоминало мне соседского французского бульдога, слюнявящего меня всю. Но рот Лоркана на моей коже? Это вызвало покалывание в моем теле, которое прорвалось сквозь страх.
— Я мог бы помочь тебе, — пробормотал Лоркан, — но я деловой человек, и за все приходится платить.
— Я не собираюсь работать на тебя или продавать свое тело.
— Технически, я уже владею твоим телом, по крайней мере, на сегодняшний вечер. До рассвета, что дает мне достаточно времени, чтобы исследовать каждый его дюйм.
Я сглотнула. — Может быть, мой дядя сможет вернуть деньги, которые ты потратил на меня.
Лоркан усмехнулся. — Твой дядя тратит все свои деньги на дорогие сигары и виски, или проигрывает их в покер, Эйслинн. Он уже должен мне денег, и я не буду добавлять к его счету еще больше. — Он слегка отстранился, чтобы впериться в меня ужасающим взглядом. — Я заплатил за каждый дюйм твоего тела, Эйслинн. Или ты хочешь быть у меня в долгу?
Глаза Лоркана глубоко зарылись в меня, лишая контроля. Часть меня хотела, чтобы он использовал меня, может быть, чтобы отомстить Патрику, а может быть, по еще худшим причинам. Я не могла ясно мыслить, когда он был так близко.
— Не будет ли неловко, если тебе придется признаться в этом моему дяде? — спросила я.
Выражение его лица ожесточилось. — Если это твоя попытка шантажировать меня, тебе стоит пересмотреть свои возможности.
— Нет! Просто подумала… — Но, конечно, это была моя жалкая попытка использовать его уважение к церкви и священнику, чтобы выпутаться из этой ситуации. По крайней мере, я не стала угрожать ему полицией. Это было бы самоубийством. Я слышала достаточно историй о Девани, пока работала за барной стойкой в Merchant's Arch.
