0
0Гарик жаловался на больные колени, мол, устал носиться туда-сюда, ведь в случае необходимости (а эта необходимость у него возникала каждый час, а то и через полчаса) требовалось торопливо спускаться по серпантину из крутых трапов вниз, рискуя споткнуться и подвернуть ногу, а то и хуже – оступившись, загреметь вниз и свернуть шею. А покурив, приходилось ковылять, взбираясь обратно по сотне ступеней.
– Что-то я все более сомневаюсь в словах Джексона насчет получения оружия, – с ходу принялся бурчать Гарри, затянувшись сигаретой и обволакивая меня клубами вонючего дыма.
– Мне он тоже не нравится, но, дружище, не стоит до такой степени быть подозрительным и мнительным. В случае пленения пираты ему самому яйца вырвут.
– А если он с ними в доле? Заранее сговорился!
– Глупости! Вряд ли…
– Вот видишь! Ты до конца тоже не уверен. Заметь, мы с тобою пашем, а он где? Что делает? Почему сачкует? Странное демонстрирует поведение…
– Прекрати! Это стиль настоящего штабного начальника.
– Я же говорю – сучара, тыловая крыса. Изображает из себя мыслителя! Спиноза, блин! Часами бродит по палубе, заложив руки за спину, словно он проверяющий из Генерального штаба… А мы с тобой корячимся.
– Ну, если говорить честно и откровенно – корячусь только я.
– Да ладно! А я нет!? Да пока я сварщику помогал варить и красить макет – угорел в машине.
Я пристально посмотрел в глаза опера и решил еще раз уточнить один неясный момент:
– Гарик, шутки в сторону. Ты, в отличие от меня, на совещании присутствовал – повтори, что именно босс в Питере говорил про автоматы?
– Ничего не говорил! – развел руками Гарри. – Только спрашивал, кто сразу готов без проволочек выехать. Нас собралось восемь рыл, но у половины заграничных паспортов не было, двое посмеялись и вовсе отказались, а мой приятель поручился за меня, но сам тактично промолчал.
– Ты их пиратские жопы на цвет проверял? – хохотнул я в ответ.
Григоренко презрительно поморщился:
– А какие они могут быть у черномазых?
– Гарик, ты и впрямь, как ребенок! Какую-то ерунду говоришь.
