Водитель всю дорогу был молчалив, малообщителен и, как Джексон ни пытался его разговорить, отвечал короткими фразами, а буркнув, сразу включал радио громче, и по мозгам попеременно ударяли то заунывные молитвы, то «бабайская» музыка. В Суэце мы зарулили в какой-то темный и пыльный закоулок и остановились.
– Куда завез нас басмач? – недоверчиво спросил Гарри и заерзал на сиденье. – Этот гадючник – штаб-квартира портовой мафии?
– Не бзди! Я тут был много раз… Офис… – тоном бывалого бойца ответил Джексон. – Сейчас оформим документы – и на судно…
Из подъезда буквально выкатился кривоногий круглолицый толстяк.
Этот рано располневший молодой мужчина окинул взглядом новичков, назвав себя Халидом. С экс-полковником Халид поздоровался гораздо приветливей – широко разверзнув руки, оба крепко обнялись, словно близкие родственники, и даже трижды облобызались. Очередной арабский друг и брат Джексона.
Завершив обнимально-целовальную церемонию, Халид окинул нас оценивающим взглядом – мы с Гариком назвали себя.
Время быстро перевалило за полночь, экспедиция двинулась в порт. Машина промчалась метров пятьсот по мрачной местности и замерла у двух вкопанных в землю столбов с висящей поперек дороги цепью. Врата преисподней? Но без самих ворот…
Из-за куста высокой и раскидистой акации торчала пулеметная башенка – замаскированный БТР.
По требованию агента мы показали паспорта, вереницей прошли пешком через рамку контроля – проверились на наличие оружия.










