0
0Почему не дождалась? Почему не боролась? Почему оставила меня? Оставила сына?»
Сын… я должен, и я буду заботиться о нём.
— Марк, — позвал кто-то и положил мне руку на плечо.
Я с трудом поднял голову: Миша сидел передо мной на корточках.
— Соберись, ещё неизвестно точно, — этот сукин сын не позаботится о ней, ему на Лесю наплевать. Выбросит в какую-нибудь яму и закопает, как собаку.
«Что ты несёшь, Марк?» — проснулся где-то глубоко здравый смысл. — «Она жива, ты должен вытащить её оттуда.» — Да!
Я встал, но слишком резко и чуть не плюхнулся обратно на пол, Миша подержал моё обмякшее тело и дал стакан воды.
— Наступаем сейчас, — приказал я и зашёл в ванную комнату.
Плеснул несколько раз холодной водой на лицо. Я ещё никогда не чувствовал себя таким потерянным, таким неуверенным и слабым. Я понимаю, что за дверью этой ванной двадцать подготовленных человек, что пути назад не может быть ни в коем случае. Такие твари должны кормить червей, причём лучше заживо. Одну из них я лично закопаю!
Я и представить не могу, что он творил с моей хрупкой девочкой, что она решила лишить себя жизни. И даже если мы не успеем… «Хватит!» — Сам себя отрезвил, хлестнув ладонями по лицу.
— Готовы? — спросил голосом, полным уверенности.
— Ты как? «Может, подождёшь здесь?» — спросил Миша.
— Нет. И это не обсуждается, — отрезал я и приблизился к столу. — Какой план? — спросил, глядя на Виталика.
— В доме много людей: прислуги пять человек, восемь дружков-гостей и охрана — трое в доме и ещё с десяток на территории, — доложил Саша.
— Справимся, было б лучше ночью… — начал Илья.
— Начинаем сейчас, — перебил я его, даже не посмотрев в его сторону.
— Как скажете, Марк Андреевич, — отступил парень. — По возможности брать всех живыми. В случае чего, стрелять на поражение. Обслуживающий персонал не трогать. Больше живых — больше информации, — приказал Илья всем присутствующим.
— У нас и так достаточно информации для приговора «расстрел». Их руки в крови по локти, — сказал мужик из местной группы захвата.
— Мы сторонники справедливости, поэтому без надобности не убиваем, — продолжал Илья.
— А там по-другому не будет, они не откроют и не предложат вежливо зайти, — с ухмылкой ответил мужик, и напряжение между этими двумя повисло в воздухе.
— Успокоились, — рявкнул Миша. — Мы здесь не в песочнице играем, и вы оба правы. Они заслужили смерть, но мы не они. Мы не имеем права решать: кому жить, а кому нет, — мужчины отпустили головы. — Всем всё ясно? — спросил Миша с нажимом, и все молча кивнули, даже я. Я знал, что Миша был строгим и правильным воякой, но видеть его в деле не доводилось ещё.
