Непобедимая и легендарная

Тысячи глоток троекратно прокричали:

– Клянусь! Клянусь! Клянусь!

После чего торжественная часть была закончена, и людей с ледяного ветра и моросящего дождя быстро завели внутрь вокзала, для обогрева, раздачи горячего обеда и приема традиционной в русской армии винной порции.

Начальствующий же состав формируемого корпуса Красной гвардии, кутаясь на ледяном ветру в шинели и бушлаты, прошел в салон-вагон штабного поезда для обстоятельной беседы.

– Да, Михаил Васильевич, – тихо сказал полковник Бережной идущему рядом Фрунзе, – вот и не утерпели мы до двадцать третьего февраля, создали, получается, Красную Армию на два с половиной месяца раньше.

Ну, ничего, как говорят в народе: что ни делается – все к лучшему.

– Получается так, Вячеслав Николаевич, – с легкой улыбкой согласился Фрунзе, посвященный в основные моменты другого варианта истории, – будет теперь у нас праздничным армейским днем десятое декабря.

– Господин Фрунзе, а как же ваше обещание сохранить Русскую армию? – спросил слегка раздосадованный генерал-лейтенант Деникин.

– Антон Иванович, – ответил Деникину полковник Бережной, – вы же сами видите, что творится вокруг.

Взяться же не за что. Старая армия расползается под руками, как прелая портянка. Кругом бардак, хаос, дезертиры, солдатские комитеты, а также тыловая шваль, которую хочется вешать на фонарях, даже минуя процедуру военно-полевого суда. А у нас – порядок и дисциплина. Ведь мы берем в Красную гвардию только добровольцев, которые к нам, между прочим, идут массово, что обещает нашей новой армии в будущем довольно приличный уровень боеспособности…

– Хочу также заметить, – мягко добавил Фрунзе, – что любая часть, сохранившая организованность и не утратившая своего знамени, будет включена в новую армию без перемены названия и с сохранением личного состава.

Было бы преступлением распускать полки, прославившие себя в сражениях против неприятеля. Но, к сожалению, таких боеспособных частей в русской армии сейчас абсолютное меньшинство. Формирование новой армии – это единственный выход из того преступного бардака, который, пусть даже из самых лучших побуждений, сотворили господа из Временного правительства.

– Не могу не согласиться с вами, – хмуро сказал генерал Деникин, – иначе как преступным бардаком их приказы и распоряжения и назвать-то нельзя.

Полковник Бережной увидел, что у двери штабного вагона рядом с генералом Марковым и подполковником Ильиным, остававшимися «на хозяйстве», а потому не бывшими на построении, стоит еще один высокий худой офицер в очках, с лицом нервического типа.

– Т-с-с, господа и товарищи, – сказал он, – сейчас что-то будет. И заметьте, Антон Иванович, как раз в тему нашего предыдущего разговора.