Непобедимая и легендарная

Британские газеты жалели не о том, что их премьер нагадил в чужом огороде, а лишь о том, что его непродуманные действия привели к приходу к власти большевиков, которые всего за полгода причинили Британии столько неприятностей, сколько бедные Романовы не сделали и за триста лет своего правления. О пришельцах из будущего и их стремительных аэропланах, могучих танках, а также кораблях, способных видеть цель сквозь тьму и туман, упоминать было не принято. А если о них и упоминали, то только в контексте того, что если бы не Ллойд Джордж со своими недалекими министрами, то такая напасть на Британию никогда бы и не свалилась.

Отставка Ллойда Джорджа поставила перед британским обществом вопрос – где найти героя, который исправит все допущенные ранее ошибки, уврачует все раны, даже неизлечимые, поднимет со дна морского потопленные корабли и воскресит погибших в бессмысленных авантюрах предыдущего правительства. Общество покипело, побурлило, вдосталь поперекидывалось обвинениями типа «сам дурак», после чего извлекло на свет божий кандидатуру молодого (всего 44 года), талантливого и хитроумного политика, который к тому же активно протестовал против последней безумной авантюры Ллойда Джорджа в Норвегии и Дании.

Общество имело в виду сэра Уинстона Леонарда Спенсера Черчилля, виконта Мальборо, бывшего кавалерийского офицера, бывшего военного корреспондента, бывшего министра внутренних дел, бывшего Первого лорда Адмиралтейства и бывшего министра вооружений… При этом общество забыло, что по инициативе Черчилля произошла одна из самых неудачных британских операций этой войны – Дарданелльская, которая стоила Соединенному Королевству огромных потерь.

В результате всей этой газетной канонады в воюющей Британии произошел бескровный государственный переворот, и переметнувшийся к либералам бывший консерватор сэр Уинстон Черчилль стал 54-м премьер-министром Англии. Впрочем, вскоре он переметнется назад к консерваторам, когда почует, что время либеральной партии заканчивается и, по мере либерализации избирательного законодательства (вот ирония судьбы), либералы станут получать все меньше и меньше голосов избирателей.

Но это случится немного позже.

Черчилль, который, конечно, был рад своему премьерству, чувствовал, что к этой радости примешивалась некоторая толика недоумения. Он не ожидал, что демарш с отставкой с поста министра вооружения приведет к такому неожиданному политическому эффекту. Но сейчас было некогда рефлексировать, требовалось немедленно засучить рукава и браться за дело.

– Джентльмены, – начал он выступление перед членами своего временного кабинета, – Британия ведет тяжелейшую войну, и времени на раскачку у нас нет.