Непобедимая и легендарная

Первый подписал нарком просвещения Луначарский, и он был опубликован 23 декабря 1917 года (5 января 1918 года). За ним последовал второй декрет от 10 октября 1918 года. Уже в октябре 1918 года на новую орфографию перешли официальные органы большевиков – газеты «Известия» и «Правда». В нашей истории Декрет о новой орфографии будет подписан вместе с декретом о новом григорианском календаре. Как это говорилось у нас: «Шок – это по-нашему!»

Я произнес этот известный в далеком будущем рекламный слоган, и Сталин заулыбался.

– Товарищ Тамбовцев, – сказал он, – насколько я помню, в вашей истории многие еще долго продолжали писать по правилам старой орфографии.

Некоторые – по привычке, а некоторые таким образом высказывая свой протест, как это у вас говорят – «беспределу большевиков».

– Товарищ Сталин, – ответил я, – чтобы подобных «протестантов» было как можно меньше, стоит вслед за опубликованием декрета провести в газетах широкую разъяснительную кампанию, в ходе которой известные и авторитетные ученые-лингвисты доступно и доходчиво рассказали бы всем, ради чего произошла реформа орфографии и какую пользу для тех, кто решит овладеть грамотой, она принесет.

– Это хорошая мысль, Александр Васильевич, – сказал Сталин и что-то черкнул карандашом в своем рабочем блокноте. – А то ведь как у нас часто случается. Некоторые наши товарищи, исходя из самых лучших побуждений, стараются все сделать побыстрее. А ведь у русских есть хорошая пословица: «Поспешишь – людей насмешишь». И полбеды, если люди будут просто смеяться над таким вот советским чиновником-торопыгой. Хуже будет, если этот нетерпеливый большевик будет силой вводить абсолютно правильные решения в массы, которые к ним еще не готовы.

Ошибка в подобном случае будет равнозначна преступлению.

– Именно так, – сказал я, – поэтому, Иосиф Виссарионович, я попрошу, чтобы уважаемая товарищ Андреева, естественно, под моим и вашим чутким руководством, продумала план пропагандистской кампании по внедрению в жизнь всех этих декретов.

– Хорошо, – улыбнувшись, сказал Сталин, – и, если вы не против, то сегодня вечером я попрошу вас, Александр Васильевич, быть у нас в гостях на Суворовском. Все же новый год наступил по новому календарю.

Посидим, поговорим о том о сем, заодно и о делах потолкуем.

Я согласно кивнул, прикинув, что беседа, как всегда, затянется далеко за полночь, и моя мечта выспаться как следует так и останется мечтою…

– Товарищи, – сказал Сталин, раскуривая папиросу, – результаты морского сражения в районе Бергена требуют от нас заново оценить проекты находящихся сейчас в постройке кораблей типа «Измаил» и «Светлана» и в ходе достройки попытаться исправить в них то, что еще можно исправить.