3
0Антон слегка приподнялся и прошептал:
– Я хочу, чтобы ты его поцеловала.
Я припала к нему. Даже не помню, сколько раз мне удалось испытать оргазм. Когда я почувствовала долгожданное облегчение, Антон погладил меня по плечу и еле слышно спросил:
– Мне было здорово, – прошептала я, не открывая глаз.
– Я кончила миллион раз.
– Представь себе. Именно миллион.
Антон засмеялся и ущипнул меня за сосок.
– Послушай, ты спать, что ли, собралась? – Я моментально открыла глаза.
– Мне нельзя спать, – я вскочила с кровати. – Надо ехать. Марат одолжил мне тебя ровно на два дня. У нас слишком мало времени.
Антону явно не понравился мой ответ, я не сомневалась в том, что он очень обиделся.
– Меня никто не одалживал. Я работаю на Марата. А с тобой мы можем продолжить наши отношения. Если, конечно, тебе этого хочется…
Я никак не отреагировала на слова Антона и, поглядывая на часы, продолжала лихорадочно одеваться. Антон попытался меня остановить. Я резко оттолкнула его руки.
– Послушай, у нас слишком мало времени, и мне не хочется терять его понапрасну. У нас ровно два дня, а это очень мало для того, чтобы найти мою подругу.
– Ты хочешь сказать, что то, чем мы сейчас занимались, потерянное время?
– А я и не знал, что ты такая вредная. Я уже говорил, что мы могли бы и дальше встречаться.
– Тебя Марат Владимирович с работы уволит.
– Не храбрись. Такую хлебную работу будет очень тяжело найти. Телохранителей нынче много, а вот с новыми русскими напряженка. Поэтому держись за свое место и не строй иллюзий.
– Я никогда не держусь за свое место, – резко перебил меня Антон. – Я работаю в солидном охранном агентстве и имею вполне приличные рекомендации. В нашем агентстве всегда найдется хорошо оплачиваемая работа.
Мы сели в мою машину. Антон наклонился и поцеловал меня.
– А тебе не кажется, что ты позволяешь себе слишком много вольностей, – сказала я, чтобы скрыть смущение.
– По-моему, некоторое время назад я позволял себе намного больше.
– Это была обыкновенная прихоть.
– В том, что говоришь.
Я не успела ответить. К дому направлялись родители. Я никогда еще не видела их в таком состоянии. Лицо мамы было белым как мел, отец поддерживал ее под руку. Казалось, она вот-вот упадет. «Что-то случилось», – пронеслось у меня в голове. Выскочив из машины, я бросилась к родителям:
– Господи, что случилось?! Говорите быстрее, только не молчите! Я умоляю!
Мама затуманенно посмотрела на меня:
– Как это – пропал? – опешила я.
– Мы не знаем. Ушли в магазин и оставили его дома. Видимо, кто-то позвонил и он открыл дверь.
– Но ведь Сашка никогда не открывал дверь! У вас есть глазок! Мы ведь его тысячу раз учили не открывать дверь незнакомым людям.
– Не знаю. Когда мы пришли, его уже не было. Я почувствовала, что задыхаюсь.
