3
0Мы должны быть вместе, ведь мы – настоящая семья, и никто нам больше не нужен… Ну нет у меня мужа – и не надо. Главное – здоровье. Видимо, не всем выпадает шанс иметь рядом преданного человека. Это же как карточная игра, а я всегда проигрывала в карты».
Обливаясь потом, я добрела до телефона и позвонила маме. Поговорив совсем недолго, я повесила трубку и, опершись о стену, медленно съехала на пол. Перед глазами плыло, я поняла, что больше не смогу ступить ни шагу. «Я сильная», – стала твердить я себе и попыталась встать. Когда мне это удалось, я рухнула на пол и потеряла сознание. Очнулась я в палате, к правой руке была подключена капельница, рядом сидела Мила.
– Что произошло? – спросила я.
– Ничего, не считая того, что ты упала в обморок. Ходишь по больнице, как будто здоровая. Могла бы сказать, что хочешь спуститься к телефону, я бы помогла, вдвоем мы бы спокойненько доплелись. И что тебя понесло?
– Я звонила маме насчет ковриков и шторок…
Мила удивилась и, запинаясь, произнесла:
– Послушай, а ты в своем… уме?
– Ты же сама говорила, что здесь все сумасшедшие. Давай уж будем сумасшедшими до самого конца. Умирать – так с музыкой. В уютных апартаментах.
На следующий день наша палата перестала напоминать гробницу. Ярко-розовые шторы, розовый тюль, ворсистый ковер и куча незамысловатых плакатов сделали свое дело. Я надела халат с желтыми подсолнухами и старалась победно улыбаться. На меня заглядывались и больные, и лечащие врачи. Наверное, от меня исходила какая-то невиданная здесь свежесть, я воплощала пусть мнимое, но все же благополучие.
Наступил тихий час. Больные разошлись по палатам. Неожиданно тишину нарушил отчаянный крик. Мы с Милой переглянулись и выбежали из палаты. Посреди коридора сидел бледно-зеленый Константин и кричал:
– Помогите, я умираю! Вы слышите, я умираю! Сделайте что-нибудь! Я хочу жить! Господи, хочу жить! Цените жизнь, люди! Слышите, цените! Она одна. Падла, как жалко, что она одна! Берегите каждое мгновенье, потому что однажды оно может станет последним! – Он вцепился в халат подбежавшей к нему сестры и снова закричал задыхаясь: – Родная, помоги! Хотя бы еще один день… хотя бы мгновенье, только не сейчас… Сделай укол или дай таблетку… У меня есть деньги. У меня их много. У меня и у моего отца. Я отдам все, только помоги… Умоляю, слышишь, я хорошо заплачу… Я не хочу умирать, я молод… Я еще ничего не видел… Почему именно я?! Я хочу жить!..
Костя рухнул на пол. Через несколько секунд появились санитары с каталкой. Они накрыли тело простыней и увезли. Я с ужасом посмотрела на пару каталок, стоящих в холле. Кто же будет следующим? Странно… Мы еще живы, ходим по больнице, смотрим телевизор, обедаем, а посреди отделения стоит дежурная каталка для очередного покойника.
