4
0— Ты правда думаешь… — Эмма уставилась на него, — я играю, чтобы заработать какие-то очки в свою пользу?
Винченцо проигнорировал обиженный взгляд, который омрачил эти изумительные глаза. Как смеет она выглядеть эдаким невинным зверьком, когда оказалась настолько подлой, что бросила его при первой возможности и скрывала от него его сына?
Однако Винченцо вынужден был пересмотреть некоторые из своих прежних суждений. Несмотря на бедность, в которой жила Эмма, он понял, что о Джино хорошо заботились. Он казался очень довольным и счастливым ребенком, а этого не купить ни за какие деньги.
— Нет, — не без труда признался он. — Я признаю, что ты хорошо заботишься о ребенке.
Комплимент привел ее в смятение. Это была капитуляция, которой Эмма не ожидала, и она заморгала, подумав, что неожиданное проявление уважения чуть ли не больнее всех оскорблений, которые он бросал ей. Потому что любое доброе слово напоминает о том времени, когда она была для него центром вселенной. Хотелось схватить его за руки и потребовать сказать, что случилось с тем временем и теми чувствами, но Эмма понимала, что ничего не добьется.
— В таком случае почему бы тебе не заказать что-нибудь в номер? — Винченцо коротко улыбнулся. — А я пока приму душ.
Эмма заказала стейки с картошкой, свежие фрукты и бутылку красного вина. Когда двое официантов прибыли с тележкой, Винченцо как раз выходил из спальни, одетый в черные брюки и шелковую рубашку. Капельки воды поблескивали серебром в черных волосах, создавая впечатление интимности. Должно быть, со стороны они смотрятся идеальной супружеской парой, с горечью подумала она.
Когда официанты ушли, Винченцо увидел, что Эмма невидящим взглядом смотрит в свою тарелку, и нахмурился.
— Давай поешь что-нибудь, хорошо? — нетерпеливо сказал он. — И перестань сидеть с таким видом, будто сейчас упадешь в обморок.
Эмма неохотно начала есть, но вскоре обнаружила, что у нее и в самом деле разыгрался аппетит. Она прикончила половину стейка, прежде чем заметила, что Винченцо насмешливо наблюдает за ней.
Лучше? — сардонически спросил он.
Намного лучше, — непринужденно согласилась она. Как легко было отодвинуть тревожные мысли в сторону и просто насладиться этим перемирием, каким бы коротким оно ни было. Притвориться, что они на самом деле счастливая супружеская пара. С одним, разумеется, существенным исключением, потому что, если она хочет сохранить в безопасности свое сердце, то должна держать дистанцию.
Я, пожалуй, пойду спать, — сказала она. — День был длинный.
Я думаю о том же, саrа, — мягко проговорил он.
Но… ты же почти ничего не ел.
Я не хочу есть. Ну, по крайней мере… не еду. Только тебя. — Он сделал глоток вина, поднялся и, обойдя стол, подошел к ней.
