Не говори ни слова

Теплую зимнюю одежду для себя и для Дженнифер Лори приготовила и отправила заранее (точнее, отправил Дрейк), поэтому сейчас она везла с собой всего пару чемоданов с летними вещами и бельем. Почтовым рейсом отправились книги, учебники, наглядные пособия, а также кое-какие мелочи, в основном безделушки, с которыми ей жалко было расстаться. Немногочисленную кухонную утварь и посуду Лори продала или раздарила друзьям. Дрейк говорил, что в его доме в Нью-Мексико есть все необходимое, включая кастрюльки и столовые приборы, поэтому бытовые вопросы ее не беспокоили. Волновалась Лори только о том, как на новом месте пойдет обучение девочки. Чтобы все было так, как Лори планировала, она должна создать для Дженнифер уютную домашнюю атмосферу, а это непросто хотя бы потому, что у нее никогда не было собственных детей. Она, впрочем, надеялась, что ей помогут воспоминания о ее собственной жизни с родителями в Небраске.

Марте Норвуд было жаль отпускать Лори, которую она считала одной из своих лучших сотрудниц. Ей, однако, было совершенно очевидно, что Лори лучше, чем кто бы то ни было, подходит для индивидуальных занятий с таким сложным ребенком, как Дженнифер. Понимала Марта и то, что девочке необходимо особое внимание, поэтому она только пожелала Лори удачи и всяческих успехов. От занятий Марта ее освободила, заменив другой преподавательницей, чтобы Лори могла спокойно подготовиться к отъезду. Но Лори была далеко не спокойна, ведь ей приходилось беседовать с Дрейком по телефону, решать разные вопросы, даже встречаться с ним лично. Сама она очень старалась говорить с ним только о девочке и о различных аспектах жизни в Уисперсе, но Дрейк отнюдь не чувствовал себя обязанным придерживаться строго деловых рамок. Он и не придерживался. На первой же их встрече, которая состоялась через день после памятного поцелуя, он взял ее за руки и негромко проговорил:

– Послушайте, Лори, насчет того, что произошло позавчера…

– Не нужно ничего объяснять, Дрейк, – сухо ответила она, отнимая у него руки. – Мы оба немного забылись, только и всего. Прошу вас, давайте не будем больше говорить об этом.

При этих ее словах взгляд Дрейка стал колючим и жестким, а морщинки в уголках губ обозначились резче, однако он ничего не сказал. Лори, однако, заметила, что начиная с этого момента Дрейк стал вести себя почти так же сдержанно, как она. Больше он к ней не прикасался, и только раз, когда они переходили оживленную улицу на Манхэттене, Дрейк взял ее под руку, но, как только они ступили на противоположный тротуар, сразу отпустил.

Все это, впрочем, не слишком помогало.