Не говори ни слова

 – Теперь нам остается только одно: держаться достойно и дать твоему отцу возможность совершить венчание… В конце концов, Лори, это просто религиозный обряд, который ничего не значит, и мы с тобой оба это знаем. В нашей стране он даже не имеет законной силы. Когда-нибудь потом мы придумаем, как сказать твоим родителям правду, а пока…

В глазах Лори вспыхнули гневные искры, но Дрейк без труда прочел ее мысли.

– Я тебя не брошу, по крайней мере, до тех пор, – пообещал он. – Не оставлю тебя одну. Я тоже должен нести ответственность за… за эту ситуацию. А теперь иди, умойся как следует. Эндрю и Элис, наверное, уже заждались. – С этими словами он легко поцеловал ее в лоб и подтолкнул к ванной.

Вздохнув, Лори отправилась приводить себя в порядок.

– …Объявляю вас мужем и женой. Что Бог сочетал, человек да не разлучает! – торжественно произнес Эндрю, и Лори подумала, что, будь эта церемония официальной, она соединила бы ее с Дрейком для долгой счастливой жизни. Увы…

– А теперь, сын мой, ты должен поцеловать невесту.

Взяв Лори за плечи, Дрейк развернул ее лицом к себе. Несколько мгновений он пристально вглядывался в ее глаза, словно пытаясь угадать, о чем она думает, потом наклонился и поцеловал в губы. Это был короткий, но чрезвычайно приятный поцелуй, и Лори почувствовала, как по всему телу прокатилась волна нежности и тепла.

Кроме ее родителей и Дженнифер, на церемонии присутствовали Бетти и ее дети. На этом настояла Элис, и Лори, позвонив соседке, попросила ее прийти. Всю короткую церемонию Бетти проплакала, но дети стояли спокойно, с благоговением наблюдая за Эндрю, который сопровождал каждое слово жестами, переводя службу для Дженнифер. То же сделали Дрейк и Лори, когда настал их черед произносить брачные обеты.

При любых других обстоятельствах Лори сочла бы церемонию венчания очень красивой и трогательной. Правда, одеты они не совсем так, как предписывалось традициями (белых платьев у нее не было ни одного, да и Дрейк вместо фрака обошелся черными джинсами и белой сорочкой), однако это почему-то не казалось столь важным. Кроме того, Лори неожиданно поймала себя на том, что положенные клятвы она произносит совершенно серьезно, словно действительно стоит перед алтарем. В каждое слово она вкладывала сердце и душу, и совсем не потому, что этого ожидали от нее родители и Бетти. Лори клялась Дрейку в любви и верности, потому что на самом деле хотела сказать ему эти слова – хотела, чтобы он знал, что́ она думает и чувствует.

И когда настал решающий момент, губы Лори лишь произнесли то, что сердце уже давно знало. То глубокое, непреодолимое, сладостное влечение, которое она испытывала к Дрейку, было любовью, и ничем иным. Да, она полюбила, в этом не могло быть никаких сомнений.