10
0А пальцы Дрейка уже мяли, ласкали ее живот и поросший мягким волосом бугорок в самом низу – горячий, набухший влагой бугорок, в котором сосредоточились сейчас все ее желания. Его руки ритмично двигались, скользили, гладили, и в такт этому гипнотическому ритму росло ее возбуждение. Лори уже готова была позабыть об осторожности и – будь что будет! – ответить на его ласки со всей силой собственного желания, как вдруг в жарком тумане, сгущавшемся перед ее мысленным взором, словно молния пронеслась одна-единственная мысль, осветившая все происходящее ярким мертвенным светом и разом вернувшая к действительности.
Понимает ли Дрейк, кого он сейчас обнимает и целует?
Или, может быть, он думает о Сьюзен? Рисует ее в своем воображении? Притворяется, будто лежит со Сьюзен?..
Вздрогнув от ужаса и отвращения, Лори со всей силой уперлась руками в плечи Дрейка и оттолкнула его от себя.
– Нет, Дрейк! Не надо! Остановись!!
Он резко вскинул голову и увидел ее искаженное страданием лицо, увидел выступившие на глазах слезы. Они собирались в уголках ее глаз и, скатившись по вискам, терялись в спутанных медно-рыжих прядях, разметавшихся по подушке.
– В чем дело, Лори? Что случилось? – мягко спросил он и, приподнявшись на локте, поймал согнутым пальцем слезинку, сбега́вшую проложенной дорожкой по ее коже. Слизнув с сустава крошечную капельку, Дрейк повторил ту же операцию с другой стороны, потом прижался губами к ее горячему, ставшему соленым виску.
– Что случилось, дружок? – повторил он, и в его голосе она не уловила привычной насмешки. – Не бойся, я не собираюсь тебя насиловать… Оказывается, у меня тоже есть совесть, – продолжил Дрейк, видя, что Лори не отвечает. – Твои родители приняли меня в семью, приняли как родного сына, сразу и безоговорочно, и мне тяжело думать, что я добился этого с помощью лжи. Вот почему с моей стороны было бы неправильно переспать с тобой сейчас, пока эти добрые и честные люди спокойно спят внизу, думая, будто мы с тобой на самом деле женаты. – Он еще раз погладил ее висок согнутым пальцем и прошептал: – А бояться меня не надо. Я никогда, никогда не причиню тебе вреда! – И Дрейк легко поцеловал ее в губы.
Лори почувствовала запах и вкус его дыхания, когда он вдруг добавил:
– Только, пожалуйста… мне очень хочется еще раз попробовать твой мед с молоком… – Не дожидаясь ответа, Дрейк обхватил ладонью ее грудь и, слегка сжав, приник ртом к розовому соску. В этом поступке Лори не почувствовала страсти – только неутоленное желание и какую-то непонятную тоску. Прежде чем она успела сообразить, что́ все это означает, Дрейк втянул ее плоть в себя. Это было совсем легкое, почти незаметное движение, но Лори ощутила его каждой клеточкой тела.
