Наследники предтеч 4

С другой стороны, неразумно бросать свои дела и сразу идти на помощь — так мы упустим время, которое могли бы потратить на исследования. Да и толку от нас пока немного — на многие вопросы сами не имеем ответов. С третьей — предлагать отправить в помощь сатанистов или волгорцев — тоже не выход. У них и так работы выше крыши (как, впрочем, и у нас). Прямо патовая ситуация получается.

Поскольку посвящённые так и не смогли найти нормального решения, мы с Ильёй и Светой привлекли к обсуждению остальное правительство. И в результате всё-таки пришли к согласию. Мария пока пережидает неподалёку от Ордена, мы собираем сведения, расспрашиваем её и пытаемся найти способ исправить ситуацию (хотя бы — гарантированно облегчить течение болезней).

А пока решения нет — нет смысла идти в болото. Всё равно расстояние слишком большое и легко не только не помочь, но и погибнуть самим.

Через пару дней после прибытия русалки Юля заметила необычное пятно на боку дочери Севы. Если честно, то оно несильно отличалось от сочетания синяка с экземой, так что если бы не рассказы водяной, на первые признаки и внимания бы не обратили.

Но теперь, обеспокоившись, мы тщательно осмотрели всех детей — и поняли, что у двух явные признаки описанной Марией заразы. Причём той, от которой дети умирали в течение суток после появления первых симптомов.

— До её прихода ничего подобного не было, — ворчала Юля. — Нет, я понимаю, что предугадать такое сложно, — добавила она в ответ на наши возражения, — и что времени прошло много. Мария не виновата в том, что принесла с собой болезнь. Разумом понимаю, но чувствам приказать не получается.

А вот Сева молчал. Никого не обвинял и не возражал, просто ушёл в крайний дом вместе с заболевающими детьми — их необходимо изолировать от остальных.

Хотя шанс, что заболеют все, очень велик.

— Как думаешь, может стоит попробовать?.. — кивнула я в сторону лаборатории с «болевыми» подопытными.

— Я — за, — отчаянно заявила Вера. — Если это поможет им выжить.

— Нет никаких гарантий. Даже в том, что шанс у них появится, я не уверен, — вздохнул зеленокожий. — Но если так дети, по словам Марии, умерли бы тихо, то при лечении их ждут очень сильные мучения. Даже если выживут, могут сойти с ума.

Придётся ведь не один раз процедуру использовать.

Речь врача прозвучала хрипло и без обычной насмешки: он сблизился и привязался к детям едва ли слабее, чем родители, и гораздо сильнее остальных (разве что за исключением Лили). Да и молодое поколение очень любило Росса. Более того, он был единственным, кого они беспрекословно слушались. Теперь же зеленокожему и самому приходится делать выбор: обречь детей на гибель… или на адские пытки.

Вскоре инженер вернулся.

— Я им всё объяснил.