Наследники предтеч 4

Но одни решили разобраться с ним потом, а для Вадима причина «неправильности» оказалась очевидна.

— «Двигается как голый, но одет».

Краткая, но ёмкая характеристика. Теперь всё стало ясно. Чужак вёл себя так, словно пользовался кожной чувствительностью: например, не оглядываясь, чуть посторонился, пропуская ядовитую древесную змею. Одежда даёт защиту, но не позволяет ориентироваться с помощью кожи — поэтому русалки двигаются иначе. Именно несоответствие между наличием одежды и особенностям поведения вызвало диссонанс. Невозможно!.. Хотя, собственно, почему сразу невозможно? Если наши костюмы (хоть доставшиеся в наследство, хоть изготовленные самостоятельно) не позволяют коже чувствовать, это ещё не означает, что такой одежды не может существовать.

Затянувшуюся паузу прервал волгорец, посоветовавший нам не молчать, а задавать вопросы пока есть такая возможность. И тут же выдвинул предложение об одном из них.

— И много вас таких… доживших? — с опаской поинтересовалась я, следуя данным указаниям.

Я недоверчиво хмыкнула. Мало — понятие растяжимое. Для одного человека и двое — много, а для миллиардов и сто тысяч — мало.

— Можешь сказать конкретней, числом? Или хотя бы порядок числа назвать: десятки, сотни, тысячи…

Мужчина ненадолго задумался и с сомнением смерил нас взглядом.

— Ну, в этом знании, в принципе, не вижу ничего опасного. Сотни — но если брать все виды, а не только людей. К настоящему времени — уже только сотни.

Мы переглянулись. Сотни — это действительно мало. При таком количестве, чтобы встретить даже кого-то одного, надо, чтобы очень сильно повезло. Что же мы такие «счастливчики»?..

— Ладно, — потянула мыслечтица.

 — Что ты ещё нам скажешь? Советы, знания, предостережения?..

— Ничего ценного. Я не собираюсь вмешиваться в вашу жизнь или влиять на неё.

— Наблюдаешь, но не помогаешь, — укоризненно вздохнула я. — Простой путь.

— Я никогда не был правителем, — тихо, не оправдываясь, но объясняя, ответил он. — Но много думал… в том числе после того, как моя цивилизация погибла. Мы не имеем права направлять или командовать — ведь нам не удалось сохранить свой мир и свой народ.

— Тебе тоже эльфы запретили? — понимающе поинтересовалась Щука.

Чужак понимающе хмыкнул, но тут же отрицательно повёл головой:

— Нет. Мне позволено передавать что угодно: хоть технику, хоть то, что сделано или добыто с её помощью, хоть знания. Никто не запрещал именно потому, что я понимаю, к каким последствиям могут привести кажущиеся незначительными подарки или поступки. Потому, что я много раз подумаю прежде, чем что-то давать или советовать. И, скорее всего, вообще не стану этого делать.

— Тогда зачем ты пришёл?

Вопрос высказала коллега, но он волновал всех.