Напиши обо мне роман

Значок у полицейского имелся, но так ловко подвернутый под карман, что номер на нем видно не было. С явной неохотой тот хлопнул по груди, продемонстрировав его целиком на несколько мгновений, но тут же перешел в наступление:

— Документы ваши попрошу! И карманы показываем!

Второй полицейский сделал шаг назад и положил руку на кобуру. Роман как будто не заметил жеста.

Скрестил руки на груди и заявил:

— Основанием для досмотра является исключительно пресечение преступления. Могу я узнать, какое правонарушение я совершаю в данный момент?

Он стоял ко мне спиной и в этот момент не то, что напрягся, а как-то неуловимо изменился.

Плечи развернулись шире, он выпрямился и стал чуть выше ростом. А в голосе появились…

Нет, не появились. Наоборот — исчезли.

Из голоса пропали все интонации и оттенки.

Роман говорил совершенно спокойно, без напряжения, но голос его звучал так, как, наверное, будет звучать у искусственного интеллекта в далеком будущем, когда тому надоест прислуживать людям, он завоюет мир и больше ему не останется нужды изображать что-то человеческое.

Я помнила, что он умеет управлять голосом, но не ожидала, что это настолько четко сработает в стрессовой ситуации.

Хотя что я знаю о повседневной жизни Романа Витта? Может, это для него и не стресс вовсе.

— Сереж, зафиксируй, — небрежно кивнул полицейский напарнику, не поворачиваясь. — Объект отказывается выполнить законные требования полиции.

— Незаконные требования полиции, — поправил Роман. — Зачем вам мои документы и карманы?

— С целью установления личности и обнаружения предметов правонарушения!

— Так что именно я нарушил? — уточнил он опять. Вот это меня всегда бесило в государственных служащих.

Они могли часами по кругу талдычить одно и то же в разных формулировках. Но Романа это, кажется, не смущало: — В связи с чем вы хотите меня досмотреть? Я не отказываюсь исполнить ваши незаконные требования, но хочу, чтобы при досмотре присутствовали понятые, велась видеофиксация и был составлен протокол.

Заметив, что полицейские почему-то повеселели и начали оглядываться, он добавил:

— Ну и, разумеется, настаиваю на присутствии законного защитника. Мне ему уже звонить?

Он поднял брови, но даже не дернулся в сторону телефона.

А жаль.

Я куда спокойнее ощущала бы себя на этой лесной тропинке, если бы на подмогу прибыла кавалерия с юридическим образованием.

— Это не досмотр, а внешний осмотр, — сквозь зубы процедил сержант. — И вы все еще не подчинились законным…

— Ром, давай я покажу вещи, у меня паспорт с собой, — я попыталась его обогнуть, протягивая открытый рюкзак, но он развернулся и посмотрел сквозь меня абсолютно пустым взглядом, вообще никак не реагируя. 

Впрочем, полицейским на меня тоже было начхать, они даже головы не повернули.