Напиши обо мне роман

— Тогда-то вы все пожалеете!

Я прижималась к нему, испытывая противоестественное страшное счастье. Просто от того, что он рядом. Просто от этого.

— Пойдем, — сказал Роман, поднимаясь и подхватывая меня с качелей. — Тебя надо высушить. И заодно отметить твой день рождения.

— Точно! — я снова засмеялась. — Пойдем в бар! Выпьем! И я сниму себе мальчика в честь праздника!

— А я девочку, — кивнул он. — Договорились.

В Москве не имеет значения, какой сегодня день недели. Чад кутежа в центре стоит абсолютно везде и всегда — даже по понедельникам. Когда-то и я была способна всю ночь пить и танцевать, а утром отправиться на работу как ни в чем ни бывало.

Темные очки, два литра кофе — и к обеду уже нормальный человек. После тридцати за такое, конечно, расплачиваешься с лихвой.

Бьющая по ушам музыка в тесном подвальном помещении вгоняла в транс. От басов вибрировал бетонный пол под ногами. Не было слышно даже собственных мыслей — и к лучшему. Сюда приходят пить, танцевать и флиртовать, а не рефлексировать. А в шаманский ритм чуть быстрее стука возбужденного сердца втягиваешься даже против своей воли. Даже если в гробу видала и эту песню, и эти танцы, и саму клубную культуру.

Темнота, вспышки света, гул голосов, запахи дорогих духов, стук бокалов о стойку — это чудовище всасывает в себя мгновенно, вышибает мозги, оставляя лишь примитивные желания и инстинкты.

Ко мне по гладкой стойке бара скользнули одна за другой три рюмки, наполненные разноцветной слоистой жидкостью. Бело-красно-синяя, оранжево-прозрачно-черная, зелено-малиново-кремовая.

— Давай! — сказал Роман, поднимая свою рюмку из такого же набора. — С днем рождения! Поздравляю, что ты пережила возраст Христа и осталась с нами.

Я опрокинула шот вслед за ним. Хороший тост.

И очень правильно, что он не стал упоминать, что пережила в добром здравии. Было бы лишним и неправдой.

— Еще? — предложил он сразу же, как я мотнула головой и стукнула донышком о дерево.

— Еще! — согласилась я.

Он как-то умудрялся в этом бедламе и шуме говорить вроде бы негромко, но отчетливо, а мне приходилось орать. Поэтому орала я короткие фразы.

Мы устроились в углу у стойки с козырным видом на танцпол, рядом с пожарным выходом. Здесь никто не шлялся туда-сюда, и было относительно спокойно.

Я бы не сказала, что тихо — но да, тихо, по сравнению с тем, что творилось у колонок.

Третий шот оказался необычно крепким — махнув его, я на пару секунд даже перестала дышать.

— Я так напьюсь! — сообщила я Роману.

— Что? — переспросил он.

— Напьюсь!!! — заорала я ему на ухо.

— В этом и была идея! — заверил он меня.

Следующий набор шотов нам даже подожгли, и голубоватое полупрозрачное пламя взметнулось над рюмками.

— Прямо так пить? — удивилась я.

Роман прихлопнул их ладонью с насмешливой улыбкой.