2
0Во мне было примерно пол-арбуза и для праведного гнева места уже не оставалось. В конце концов, этот человек потратил сорокалетний Макаллан на то, чтобы найти мой телефон, могла ли я его остановить каким-то черным списком?
— В субботу вечером?
— Смотрю на морской закат, — с удовольствием отчиталась я.
— Тащу чемодан по колдобинам к остановке автобуса.
— Не скажу! — мурлыкнула я ехидно.
И внесла в черный список еще один номер.
Утром субботы я и правда выволокла из квартиры чемодан, вернулась обратно, сфотографировала выключенную плиту, выключенный утюг, перекрытые газ и воду, запертые окна и даже сняла маленькое видео, как закрываю квартиру на два замка.
Потому что, когда ты тревожный котик — ничто не чересчур.
Впрочем, однажды я на месяц умотала в Болгарию, и сердце мне ни разу не подсказало, что, когда я вернусь, меня будет ждать кухня, заваленная голубиным пухом и перьями. Потому что кто-то просто оставил окно нараспашку.
И все равно сейчас я вернулась через три шага — на всякий случай подергала ручку.
У подъезда, как всегда, наплевав на негласные правила местной парковки, стоял зеленый «Порше».
Роман вышел из машины, молча забрал у меня чемодан и уложил в багажник. Я пожала плечами и села на пассажирское сиденье.
— Куда? — не глядя на меня, спросил Роман, выруливая со двора.
— Павелецкий, аэроэкспресс.
— Может, сразу в Домодедово?
— Нравится любоваться оставляемыми позади просторами родины.
— Да, серьезно. Ты ездил на аэроэкспрессе когда-нибудь? Там такие ебеня по пути, что контраст с какой-нибудь Барселоной просто шокирующий! Особенно зимой хорошо. Мрак, тлен, холод и тьма — прощай!
— Значит, Барселона.
— Я этого не говорила.
Остаток пути он промолчал. Довез чемодан до выхода на платформу. Постоял, щурясь на горизонт, где сходились в одну точку все никак не пересекающиеся прямые блестящих рельсов.
Он сегодня снова был в черных водолазке и джинсах с большой и сложно украшенной пряжкой.
Не будь наше общение таким натянутым, я бы уже пошутила что-нибудь про навязчивую акцентуацию на половых признаках. Еще бы бубенчики туда повесил по средневековой моде, чтобы никто не пропустил, что самое главное в Романе Витте!
— Я ведь все равно узнаю, куда ты летишь.
Когда я нашла место по ходу движения и села у окна, Романа на платформе уже не было.
Страну я выбрала методом тыка. Куда был самый дешевый и самый горящий тур с вылетом как можно скорее — туда и взяла. Выносить окружающий мир и себя саму в текущем состоянии сил у меня просто не было.
Ни о какой работе над книгами речи уже не шло. Бесило вокруг все: солнечный свет бил в глаза — но закрытые шторы превращали комнату в пещеру. От голода болел желудок — но и от еды тошнило.
