2
0Связывала она меня долго, старательно, я даже умилился тому, как она забавно пыхтела и прикусывала нижнюю губу.
Может даже и задержут меня эти “веревки”. Ненадолго. Но я дал себе слово, что не буду пытаться освободиться. Лике ведь я обещал.
Интересно, как далеко зайдет эта любопытная малышка в своих исследованиях? Я собирался предоставить ей максимальный карт-бланш на свое тело. Пусть экспериментирует. Мне этого самому хотелось.
— Массаж, — хрипло выдохнул, любуясь на ее розовые торчащие соски.
Нежные сахарные ягодки. И тоже целиком мои. Вся она моя. От макушки до самого кончика ее пушистого хвостика.
— Помнишь, я тебе массировал гребень? Посмотри на мою спину. Видишь точки? Я тебе схему нарисовал.
Лика зашла мне за спину и молчаливо принялась ее изучать. Я и так мог представить, как она сейчас сосредоточенно хмурит свои белые бровки и надувает пухлые губы.
Я поднял свой гребень, чтобы максимально смогла его рассмотреть и оценить. Сзади раздался восхищенный вздох.
Да. Знаю, что впечатляет. Ты его еще не видела во всей красе. Не до того было. И я старался держать интригу до последнего. Сейчас пригодилось.
Рисовать на спине, конечно, было не совсем удобно, но основные точки я ей указал, пока она собирала лианы. Моим количеством она не удовлетворилась, затейница.
— А почему они разноцветные? — услышал я вопрос.
— Красные массируешь в первую очередь. Начальный этап. Потом синие — основные и самые действенные.
— А черные ты не трогаешь, если не хочешь, чтобы мы еще три дня сидели без охоты. Намек понятен?
— Более чем… — задумчиво протянула она.
Я почувствовал первое осторожное прикосновение. ***ать! Что ж ты творишь, белоснежка моя хвостатая!? Хвостом-то зачем трогать?
— Что-то не так? — невинно спросила она.
Только начала, но уже напросилась. Теперь точно ее привяжу снова. Здесь. Завтра. И тут не будет никаких ограничителей в виде времени или посторонних. Допрыгалась, козочка. Будешь орать пока голос не потеряешь. Но позже. Все позже.
Сейчас немного притупим мои инстинкты и сходим все таки на охоту. Лике я не соврал и в этом. Знаю, что голодная. Накормить свою самку — это тоже инстинкт. Вот только во время гона он уходит на второй план.
А моей дикой девочке нравилась охота. Вот и будем понемногу выводить наружу ее запрятанное нутро настоящего рихта. Сама себя потом не узнает.
И так проще будет ей потом принять правду.
Мысль мелькнула и тут же пропала. Лика принялась за меня всерьез.
Тонкие пальцы неуверенно прошлись по первичным точкам. Потом осторожно приласкали поднятый гребень.
Урррр!!! Чуть шипами ее неосторожно не уколол — так все во мне вздыбилось от ее невесомой ласки.
— Продолжай, — подбодрил ее.
Да, поначалу она еще немного робела.
