Мой опасный ректор академии космодесанта (СИ)

Правда, надо было ещё успеть сообразить, на какое именно пятно нужно ставить ногу или руку, но в условиях жуткой сложности, это была уже половина успеха.

Ректор остановил тренажёр спустя полчаса, когда я едва волочила хвост и основательно запуталась в тросах, и уже не проходила полосу препятствий, а вяло и неэффективно трепыхалась.

— Потенциал у вас есть, — изрёк цан Зартон, задумчиво рассматривая, как я неуклюже выпутывалась и пыталась встать. — Сейчас я включу ту же программу.

В ответ на мой возмущенный взгляд, он спокойно пояснил:

— Выше хвост, Ролис.

Вы можете ещё десять раз повторить, мне это очевидно, особенно, если перестанете себя жалеть. Жалость к себе снижает эффективность. В вашем случае спад достигает сорока трёх процентов.

Я удивлённо уставилась на него. Какая ещё нахрен эффективность?

С меня ручьями стекал пот, мокрые волосы прилипли к шее и лбу, все мои усилия по наведению красоты стали напрасны. Страшно даже думать, как я сейчас выгляжу и как пахну.

Всё тело налилось свинцовой тяжестью и тряслось от перенапряжения, а этот изверг рассуждает об эффективности?

— Ролис, что я только что сказал? — поинтересовался ректор.

Повисла долгая пауза, в течение которой я всё же умудрилась встать и выпрямить ноющую от перенапряжения спину.

— У меня есть. Потенциал, цан Зартон. Ту же программу. Я могу. Ещё десять раз. Пройти. Если уберу жалость. К себе. Которая снижает. Мою эффективность на. Сорок три процента, — хватая ртом воздух, с длинными паузами всё же смогла выдавить я.

— Всё верно, — довольно кивнул ректор. — Сейчас ещё раз делаем программу. Но теперь, Лика, ты сосредотачиваешься.

Забываешь обо всём и включаешь свой пси-контур. Давай, ты справишься. Три, два, один.

Не веря в то, что только что услышала — Зартон назвал меня Ликой, на «ты», да ещё и подбодрил, сказал, что справлюсь! — я собралась и сосредоточилась.

Ладно. Без жалости, так без жалости.

Мой изрядно потрепанный хвост не стал капризничать: послушно изогнулся вдоль ноги, как показывал ректор. Я спряталась внутрь полутранса словно в уютный кокон, обернулась им, отрешившись от своей усталости.

Я смогу.

Я справлюсь.

Площадка подо мной изогнулась, но моё тело отреагировало, сместив центр тяжести.

Ух ты! Да и на горке я вполне себе даже грациозно присела, согнув ноги, ухватившись свободной рукой за трос.

Затем была яма. Не упала, что странно, а, повиснув, раскачалась и прыгнула на вспыхнувшие красные круги на ставшем ровном участке.

Преодолевая тяжесть в теле, экономными движениями перемахнула через волны.

Сама не понимая почему, вдруг упала в планку, удерживая себя на полусогнутых руках.