Младший вовсе был дурак

Ноги его по колено находились в огне, сквозь грудь пролетали искры, но ни то, ни другое не доставляло духу неудобств. Он зевнул и двинулся прямо на меня.

— Не узнал что ли? — спросил призрак. — Это я, Цимлянский. Мы встречались в Бюро.

Точно. Мог бы и сам сообразить — не так уж и много у меня знакомых призраков.

— Здрасьте—пожалуйста. А кто, по-твоему, коня говорить заставляет?

— Сам ты конь. Педальный. Я призрак, временно привязанный к телу несчастного животного, которое вынуждено терпеть в своей голове присутствие постороннего духа. Знаешь, как бедняге страшно? Ему ведь не объяснишь, зачем нужно, чтобы его рот периодически издавал странные звуки, называемые человеческой речью.

— Тебя послало Бюро?

— Само собой, — Цимлянский потянулся и сделал в воздухе кувырок, отчего его подштанники задрались, обнажив волосатые полупрозрачные голени. — Без Бюро эта операция обречена на провал. Я в Отделе сопровождения числюсь, потому как очень удобно устроен — могу вселиться в любое живое существо независимо от размеров. Вот и появляются у фантастов говорящие кони, собаки и драконы. А ты куда пошел? Отлить?

— Насчет этого не волнуйся.

Призрак ракетой взмыл к небу, развернулся и ринулся к земле. Затормозить дух не успел, и распластался по траве тонкой белесой лужицей.

Лужица собралась в ручеек и потекла к деревьям. Я проводил призрака взглядом и вернулся к костру.

— За хворостом ушел? — сонно спросила Ленка.

— Да. Спи, я за тебя подежурю.

— Даже не думай, пусть Цимлянский дежурит, ему сон не нужен. Завтра трудный день.

— И что в нем трудного?

Лаврентьева перевернулась на другой бок и заснула. Цимлянский вернулся минут через двадцать.

— Теперь иди за хворостом, — произнес он. — Я подсветил дорогу и нужные ветки, больше ничем помочь не могу.

Я направился в лес по светящейся белой дорожке и вернулся с целой охапкой хвороста, каждая веточка в которой была окутана волшебной молочной пленкой.

— Кидай все в костер, — подсказал Цимлянский. — В течение ночи постепенно буду снимать с них заклятье, и огонь не потухнет.

— Разбуди меня пораньше, — попросил я.

— Договорились, — дух подлетел к лошади и тонкой струйкой влился в ее голову, — на случай, если Лас проснется.

Я вытянулся около костра и закрыл глаза. Не знаю, что там Ленка имеет против призрака, но по-моему, он славный малый.

О, если бы я знал, как ошибался!

Мне снилось, будто я тону. Меня несет огромная живая река, стискивает грудь сильными голубыми полупрозрачными руками, пытается затащить на дно. Периодически я погружался под воду, с трудом выныривал, отфыркивался и едва не задыхался. Силы иссякали, я не видел ничего, кроме воды и неба, которые смешались в странном смертельном коктейле. Я жаждал воздуха, но вдыхал жидкость.