Младший вовсе был дурак

Комната напоминала исторический музей средневекового оружия, но его величество наверняка гордился тем, что на стенах висел самый современный арсенал: большой лук, несколько арбалетов, резные колчаны со стрелами, мечи, ножи, алебарды, секиры, кинжалы разных размеров и формы и булавы. В центре стоял большой дубовый стол с двумя зажженными масляными лампами, вокруг которого разместились порядка десятка человек во главе с королем. Я узнал своего «брата» Николая — жениха, худого скрюченного старичка с серебряной звездой на шее — советника или министра, и его величество, остальные были мне не знакомы.

— Из дворца ни на шаг, — предупредил король, бросив на меня недружелюбный взгляд, и продолжил прерванный моим появлением разговор. — Заканчивай, Сильдурен, не хочу принимать решений на нетрезвую голову.

Сильдурен — дряхлый старикашка в мятой ночной сорочке и колпаке — воздел руки к потолку и быстро зашептал:

— Пьянь—дрянь от величества отстань, разум даруй, да смотри не балуй, не застилай очи, особливо ночью. Трижды перекрестись и полдня постись.

При последних словах его величество трижды перекрестился и тряхнул головой.

— Хорошо. Полегчало. Молодец. А может, и с нашествием справишься?

Сильдурен снял колпак, под которым обнаружилась абсолютно лысая голова, и поклонился.

— Не справлюсь, ваше величество. Надо в Бюро обращаться.

— В Бюро, — сплюнул король. — Может тебе на старости померещилось, а ты сразу в Бюро! Знаешь, что за ложный вызов бывает?

— Не померещилось, — разогнулся Сильдурен. — Я хоть и сильнейший маг в королевстве, но по общим меркам и до середнячка не дотянул. Однако же веяние магических сил отлично чую. Неприятности у нас. Большие.

Я все еще стоял в дверях, не давая ей закрыться, и переминался с ноги на ногу.

— Чего стоишь? — буркнул король. — Или туда, или сюда.

— В комнату свою, олух! Слышал, о чем говорим?

— Тьфу, дубина, — сморщился король.

— Позвольте я объясню ему, ваше величество, — маг поклонился. — Этим вечером, когда серебристый диск полной луны, так любимой оборотнями и прочей нечистью, показался над верхушками леса, прохладный воздух моих покоев, щедро выделенных его величеством королем Радомиром Семнадцатым, колыхнулся. Багровое пламя, невидимое обычному человеческому взору возникло прямо над королевским садом, пролетело через восхитительный цветник ее величества, и с громким шипением, которое мог услышать только я, погасло в озере. Знак сие есть недобрый и беду предвещающий, посему ваш покорный слуга, ничтожный червь, которому судьба даровала способность читать запрещенные книги и совершать колдовские обряды, разумеется, исключительно в интересах королевства, бросился к волшебному шару, дабы узреть, какую беду нам несет сие знамение.