0
0Надо сказать, что в последнее время изменения, происходящие со мной, начинали меня очень сильно настораживать... и в каком-то смысле радовать.
Дело в том, что на обретении "крови" моё тело не остановилось. Изменилась и внешность. Пусть этого никто и не замечал, ведь ходил я постоянно в своём закрытом прикиде, но под ним я уже был другим.
"Тройные" мешки под глазами исчезли, оставив после себя лишь небольшие мешочки вечно не высыпающегося человека. Дряблая, порой висящая шматами кожа, стала гораздо более упругой, хотя некоторая рыхлость всё же осталась. Движения стали более плавными, хотя раньше мне казалось, что моя криворукость останется со мной навечно.
Неудивительно, что благодаря этим навыкам, я очень скоро стал одним из лучших проводником на уровнях мертвецов.
И, наконец, самое главное! У меня начала зарождаться нечто вроде речевого аппарата. Нет, говорить я всё ещё, к сожалению, не мог, но и то, что к этому начали появляться некие подвижки, не могло меня не радовать.
Всё это хоть и радовало, но и заставляло меня задуматься.
Не знаю, что там умудрился нахимичить Арит, но простым немёртвым трупом, я перестал быть уже давно. И ведь изменения продолжаются...
Порой я даже стал ловить себя на мысли оставить всё как есть. Останавливало меня в такие моменты, только наличие в моей душе пожирателя. С этой тварью, я не намерен был мириться.
Кстати, касательно плохой стороны изменений. Пожиратель тоже стал меняться.
Когда я впервые услышал в своей голове какой-то непонятный звук, то лишь слегка насторожился. Мне нужно было побыстрее спуститься на уровни плоти, чтобы подкрепиться, поэтому я не стал обращать на этот неясный звук внимания. А тот и не думал пропадать. С каждым часом он становился всё громче и чётче, пока я, наконец, не обратил на него внимание. Стоило лишь слегка прислушаться, как пришло понимание: это был... смех.
И совсем не весёлый причём.
"ГОЛОД". По нему я и узнал того, кто казался мне до сего момента, чем-то тупее даже самой глупой бактерии. И даже не спрашивайте, как может быть смех - голодным. Вещь ещё та.
Когда же я нашёл свою жертву, довольно свежего зомби, смех, звучащий в моей голове стал настолько громогласным и истеричным, что сдерживаться не было никаких сил.
