12
0
– А что мне тогда делать?! Сидеть в своей квартире и ждать твоих подачек?! – кричит она.
– Да,ты права, собирай вещи,тебе перевезут в мою квартиру, будешь жить под присмотром, - говорю, потому что знаю, что она может что-нибудь выкинуть, ну и, если прознают, что егина ждет от меня ребенка, она может стать мишенью, моим слабым местом.
– Мои ребята тебя перевезут. Прекрати плакать. Мне нужен здоровый ребенок. Вечером закажи ужин на дом, обсудим все спокойно, – сдержанно говорю я, когда останавливаюсь возле дома Регины.
Девушка пытается улыбнуться, кивает и выходит из машины. А я еду работать, много работать. Иначе взорвусь.
***
Прошла неделя с мoмента, как я перевез егину в городскую квартиру, а после улетел в Вильнюс, потому что там тормознули мой товар, и возникли прoблемы с властями. Еду с аэропорта домой и не понимаю, а где он – мой дом? Там, где женщина ждет от меня ребенка, но я ее не люблю и никогда не полюблю? Или в моем доме, где женщина, которая никогда меня к себе не подпустит, но меня к ней безумно тянет? Хочу ее просто увидеть, вдохнуть запах, заглянуть в изумрудные глаза и уловить редкую улыбку, обращенную к дочери. Это моральный мазохизм, смотреть на нее и не иметь возможности прикоснуться. Она – моя слабость, моя навязчивая идея. И время не лечит, наоборот – заполняет все мои мысли ЕЮ, вытесняя других. Раньше я мог надавить, сыграть нечестно или взять силой , если сильно хочется, а сейчас бoюсь ее тронуть, потому что иначе между нами вырастет огромная стена, а она и так меня сторонится.
Сам не помню, как приказал отвезти меня к Олеcе. Очнулся, только года машина затормозила возле дома. Быстро вышел, вдохнул полной грудью холодный осенний воздух и вошел в дом. Пахнет выпечкой, ванилью и чем-то сладким. Настоящий запах дома, в котором должна жить семья. Слышу в гостиной голос Маришки и направляюсь тудa, снимая на ходу пальто.
Нахожу в гостиной только Зинаиду и дочь Олеси, собирающих конструктор.
– Добрый вечер, – прохожу вглубь, улыбаюсь белокурой девчушке,
которая стесняется меня и отводит зеленые глазки. Вынимаю из кармана подвеску в виде серебряной балерины, юбка которой усеяна зелеными камушками,и протягиваю Марише.
– Это тебе, - девочка рассматривает подвеску, но не берет. Опускаюсь рядом с ней на корточки, рассматриваю фигурки из конструктора. - Тебе не нравится?
– Нравится, - тихо говорит она и стеснительно улыбается, кусая губки, точно так же, как Леся.
– Протяни руку, - девочка недоверчиво тянет ладонь,и я вкладываю ей в руку подвеску.
– Красивая, – девочка рассматривает балерину, играя камнями на свету и так тепло на душе становится. Это просто ребенок, просто улыбка, а мне хорошо в этот момент, словно я действительно дома.
– А где твоя мама?"
"– Мама уехала с тетей Юлей.
