12
0
— На меня нашло затмение, ревность ослепила, я чувствовал нутром, что ты неспособна на измену. Эля, я же поверил не сразу, далеко нет! Я пытался выяснить правду.
— Я говорила тебе правду!
— Да, я виноват, я не слушал. Я ревновал тебя к Алику еще до всего случившегося. А еще эти суммы, которые ты ему перечисляла за моей спиной.
— Алик вернул мне их до копейки! Он нуждался в деньгах, но не хотел просить, был вынужден. Я отправляла ему переводы, но он все-все вернул. Каждый долг возвращал максимум через две-три недели наличкой, а я эти деньги просто тратила на наши нужды, не заморачиваясь с картой.
— Он в тебя влюблен, это очевидно, — недовольно цедит он.
— Откуда ты знаешь?
— Я видел сообщение на телефоне, когда тебе стало плохо в ванной. Я просто поднял его с пола и случайно увидел на экране часть текста, — Демид оправдывается, а я закусываю губу, снова мотая головой. — Он всегда на связи с тобой, трется рядом, и так было даже тогда, когда ты жила со мной.
— Меня не волнуют его чувства, мне не до них, Демид. Я никогда не давала ему никакого намека, никакого повода, не сближалась с ним и даже не подозревала, что он может ко мне что-то испытывать. Да я только буквально перед нашим отъездом в Израиль поняла, что Алик надеется на что-то большее, да и то, когда мама мне прямо сказала! Он никогда не показывал этого. Как же ты заподозрил? Ладно он, а как же я? Разве я вела себя так, чтобы меня можно было посчитать изменщицей? Мне сама мысль об этом кажется мерзкой.
— Ты не давала повода, — признает Демид, играя желваками на скулах. Его глаза горят огнем, когда он смотрит на меня в упор. — И я не верил в это, пока тест ДНК не подтвердил, что Дима не мой сын. Эля, я виноват, что не увидел тогда всей правды и позволил себя обмануть, но ты же понимаешь, что кто-то вмешался и помог нам разрушить наш брак?
— Ты хочешь переложить ответственность на других? — вскидываю голову, прищуриваясь. — Что ты имеешь в виду?
— Слишком гладко выглядела твоя измена, эти переводы, тест… Я должен узнать правду! — сжимает кулаки и яростно стискивает челюсти, как будто готов немедленно учинить расправу.
Мне становится плохо от мысли, что кто-то целенаправленно подставлял меня. Я не думала раньше о переводах, считала неподтвердившееся отцовство Демида досадной случайностью, думая только о том, как он мог не поверить мне. Теперь же получается, что кто-то намеренно разлучил нас.
— Что ты хочешь узнать, Демид? Сделать еще один тест ДНК? — догадываюсь я, чувствуя холодный озноб.
