2
0Нет бы наоборот. Одна афиша и осталась. И ту вдруг замазал расклейщик. Бено даже не заметил, откуда он взялся. Одно движение – и поверх фото счастливых музыкантов красуется объявление о розыске преступника.
– Немедленно отлепите эту мерзость! – возмутился дирижёр – Эй вы, с кисточкой! Я зять мафии! Вам крышка! Эй!
Расклейщик даже головы не повернул. Бено поддержала рослая женщина в старинной шляпе и в платье до пят. Она сказала:
– Такую красоту испортили!!
И стала отдирать фото преступника. Неудачно. На афише осталась рваная рана. Теперь оркестром управлял дирижёр без головы.
Бено бросился помогать, наступил на платье, в результате оба упали. С женщины слетела шляпа. Внимательный зритель уловил бы в лице дамы сходство с разыскиваемым типом. Опытный оперативник заключил бы, что это одно и то же лицо. Но людей на площади не было. А Бено запутался в тряпках. Когда поднял глаза, шляпа снова была на месте, и черт под этим карнизом не разобрать.
Обратно в афишу оторванная голова не вставлялась. Изображение преступника женщина разорвала в мелкие клочки.
– Всё из-за него! Каков негодяй! – сказал Бено, имея ввиду разыскиваемого.
– Почему негодяй? Может, он жертва обстоятельств?
Удивительно непоследовательны бывают женщины в своей доброте. Бено не склонен был прощать.
– Типичный мерзавец! Ух и отделал бы я его, если бы встретил!
– А вдруг он здоровяк?
– Ради вас я сниму шкуру с самого Кинг-Конга!
Бено подмигнул. Когда мужчине негде ночевать, его обаяние вырастает втрое.
– Вы такой темпераментный! Заболталась я с вами. Прощайте!
Женщина игриво помахала пальчиками в перчатке. Она была вся задрапирована, несмотря на тёплую погоду. Видимо, стеснительная. И пошла себе, виляя задом. Лишь теперь Бено заметил, что повредил платье и в дыре мелькают не по-женски крепкие икры.
– Белла донна! – сказал дирижёр и причмокнул. Любая не рычащая на него женщина казалась в этот вечер немножко феей.
Далеко-далеко, в столице огромной империи полно было штабов любых размеров и уровней секретности. В самом секретном была потайная комната. В ней сидели двое: молодой телеграфист и его начальник, страшно раздражительный.
– 16-я и 41-я танковые дивизии выводятся из резерва и перебрасываются в район прорыва противника южнее города Нарва. Напечатали?
Телеграфист помогал себе, проговаривая вслух:
– Быстрей! Напечатали? Следующий приказ!
– пе-ре-бра-сы… о господи… ют-ся
– Группа армий «Северная Украина», генералу Вальтеру Моделю. Ваше прошение об отступлении отклонено.
– ГЕнерал или ГИнерал?
– Отправили на фронт.
