3
0А Нина весь вечер чувствовала себя ужасно – так может чувствовать себя богатая дама, которая во времена засухи оказалась среди бедных.
Нина вышла из душа и, глядя на себя в зеркало, медленно сняла халат. Вид обнаженного, не прикрытого ничем тела смутил ее. Она тут же подумала: «Господи, мне же почти семнадцать, а я что, получается, никогда себя в полный рост обнаженной не видела?» Нет, по частям – конечно. Тут грудь без бюстгальтера, там бедро… Но вот так, в общем… еще никогда. Даже в ванной она как-то не присматривалась к себе в зеркале, куталась в полотенце или халат, но никогда вот так внимательно, как художник, рассматривающий свою натурщицу, без спешки – никогда… Нина скользила глазами по телу, а потом вдруг потрясла головой: отчего-то свой собственный вид показался ей диким и даже пугающим.
Она поскорее надела простые хлопковые трусики, которые ей покупала мама и которых было у нее навалом, чтобы перестать смущаться самой себя. Хотела уже надеть платье, но задумалась и остановилась. Сердце ее забилось сильнее, ладошки вспотели. Медленно она стянула с себя хлопковые трусики и вытащила из глубин шкафа один из тех новых комплектов, которые тайком положила в чемодан, чтобы мама не увидела.
Нина еще раз посмотрела на себя в отражении огромного зеркала, и щеки ее заалели – так необычно и странно было видеть свою небольшую грудь, которую едва прикрывало тонкое, полупрозрачное кружево. Нина старалась не отводить от себя взгляда, но какой-то непонятный стыд одержал верх, и она с чувством облегчения поскорее скрыла свое тело под платьем.
Бабушка, в светлом льняном брючном костюме, и дедушка, как всегда в брюках и с массивными часами на правой руке, уже ждали ее в холле.
– Вертелась у зеркала? – спросил дедушка, открывая дверь и пропуская их с бабушкой вперед.
Нина кивнула, стараясь не смотреть никому из них в глаза. Какое-то странное, еще не понятное ей самой, вызывающее стыд чувство вертелось в груди, лишая покоя.
На улице на Нину обрушилась уже настоящая, бескомпромиссная, июньская жара. Быстрым движением она собрала волосы в пучок чуть выше шеи и направилась за бабушкой и дедушкой.
Сегодня они собрались поужинать в городе, в ресторане, вместе с родителями. Вообще-то такие вылазки в город были редкостью в их дачном поселке, только дедушка пару раз в неделю уезжал из «Соснового бора» по каким-то своим важным генеральско-министерским делам.
«Москвич» блестел на солнце. Нина еще издалека ощутила, как он нагрет и как невыносимо жарко будет в нем сидеть, пока они не выедут на трассу. Мама много раз предлагала дедушке сменить старый автомобиль на нечто более престижное.
