Ловушка. Форс-мажор

В данном случае задача была предельно проста и состояла в том, чтобы человек принял единственно «правильное» решение – откупиться. Если этот финт удавался, «клиенту» предлагалось немедленно прибыть к банку или магазину. Оттуда выходил Стуруа с поддельным беджиком и принимал вознаграждение, ограждающее «клиента» от проблем. Такая вот незатейливая наглая схема. Хотя, по сравнению с наркотрафиком, прибыль от нее невелика, а вот хлопот – несоизмеримо больше. В общем, Стасу и Эдику, как когда-то Остапу Бендеру, срочно требовалась идея. А вот ее-то и не было.

И тут на их горизонте снова нарисовался Дорофеев и сделал неожиданное предложение нанести краткосрочный визит в столицу на деловой ужин с шефом контрразведки Ребуса.

Поскольку все расходы по поездке брала на себя принимающая сторона, заинтригованные концессионеры предложение приняли. Тем более, что в Москве Стуруа бывать еще не доводилось.

Российская столица Стаса откровенно разочаровала. На его вкус, в сравнении с Питером, она проигрывала практически по всем позициям. Разве что смотрелась предпочтительней с «профессиональной» точки зрения.

В смысле – на квадратную единицу площади лохов здесь крутилось на порядок больше.

При личном общении Завьялов произвел достойное впечатление, представ человеком, в котором, помимо деловой хватки, присутствует редкая по нынешним временам мужская внутренняя крепость. Кроме того, бывшему полисмену Стуруа импонировало его армейское прошлое и полное отсутствие блатного начала, столь ярко выраженного в манерах и повадках того же Дорофеева. Ежедневно тусуясь с «волками», Завьялов, тем не менее, сумел отстоять сложившийся еще в прошлой жизни индивидуальный «репертуар».

Сошлись они со Стуруа и на почве абсолютного непереваривания этнического равенства. Это Линчевскому было абсолютно по барабану – черный ли, желтый ли, красный ли. А вот Стас, который до приезда в Россию знал о ней лишь по слову «Сибирь» (примерно как мы об Африке по слову «Лимпопо»), до сих пор не мог забыть испытанного в первый же день шока, когда в ресторане на Невском дверь ему отворил негр.

Задушевная беседа «ни о чем», происходившая в ресторане «Пушкин», что на Тверском бульваре (московский шик для «иностранного» гостя), продолжалась примерно с час.

И лишь после второй смены блюд, когда дело и время вплотную приблизились к итоговому кофе, Завьялов приоткрыл карты и в общих чертах обрисовал рабочую схему. В которую, при взаимном интересе, предлагал вписаться.

Тема представлялась весьма перспективной и заманчивой. Что само по себе настораживало. Эдику и Стасу доверяли войти в давно обкатанный, устоявшийся бизнес Ребуса, связанный с поставками в глубь страны идущего через Питер венесуэльского кокаина.