0
0Несколько минут они просидели молча, прежде чем она решилась наконец спросить его:
– Ты очень любил ее?
– Господи, Карен, мне ужасно стыдно признаваться в этом. – Джеймс натужно рассмеялся, закинув руки за голову. – Я женился на ней только потому, что она была беременна. Дурацкий эпизод. Пьяная вечеринка… Ну ты знаешь, как это бывает…
– У тебя есть ребенок? – изумленно спросила Карен.
– Нет. Она же потеряла его…
– Карен, милая, да тогда же! – воскликнул Джеймс. – Ее привезли в вашу больницу после аварии, прооперировали, но не сумели сохранить ребенка. Я немедленно приехал и даже видел ее… И тогда же решил, что разведусь с ней, как только она пойдет на поправку.
– Лана Дилан не теряла никакого ребенка, – каким-то безразличным, холодным тоном произнесла Карен. – Она вообще не была беременна.
– Ты что-то путаешь. У нее же был большой живот!
– Она не была беременна. Я точно помню это. И никакой операции не было. В любом случае, ее положили бы тогда в послеоперационный бокс, а не в обычную палату. В тот раз обошлось без хирургического вмешательства.
– Карен, милая, ты просто перенервничала, – успокаивающе проговорил Джеймс. – Этот доктор, Эдуард Салливан, еще приносил мне соболезнования.
– Кто-нибудь еще, кроме него, говорил тебе о том, что она потеряла ребенка? – Карен вцепилась в руку Джеймса.
– Н-нет, кажется, – ответил он нерешительно. – И у меня не было причины сомневаться в его словах…
– Лана не была беременна! – выкрикнула Карен. – Ты должен мне верить!
– Но тогда… это все не имеет смысла, – пробормотал Джеймс.
Они с Карен растерянно смотрели друг на друга. Дурной сон продолжался.
– Скажи, ты знаешь, кого-нибудь, кто был бы близок с… твоей женой? – спросила Карен. – Кто мог бы быть в курсе ее дел? Кому бы она доверяла?
– Нет, – покачал головой Джеймс. – У нее не было подруг. Ни одной. Даже подружками невесты на нашей свадьбы были мои знакомые.
– А родственники? Хоть кто-нибудь у нее был?
– Родители точно умерли, но, кажется, есть какая-то двоюродная или троюродная тетушка… Лана почти не поддерживала с ней отношений. Я увидел-то ее впервые лишь на похоронах.
Лицо Карен вытянулось.
– Значит, никто не может пролить свет на это дело, – печально сказала она.
– Почему же? – спросил Джеймс агрессивно. – Красавчик-доктор наверняка многое знает.
– Эд ничего не скажет, – покачала головой Карен. – Если у нас не будет никаких конкретных доказательств, нам не удастся вытянуть из него ни слова. Но я точно помню, что Лана Дилан не теряла никакого ребенка!
Она беспомощно посмотрела на Джеймса.
– Все-таки я съезжу к той тетушке, – вдруг решился он. – Толку, конечно, не будет, но зато совесть будет спокойна…
Карен жалко улыбнулась.
