1
0Закрутившись на подмерзшей трассе, внедорожник, со скрежетом шин, останавливается. В салон проникает запах жженой резины. Ян выкидывает недокуренную сигарету, что по-прежнему держит в руке, в открытое окно. — Что за день!
Если бы он только знал, что долгий злополучный день и не собирался заканчиваться.
Кое-как отпихнув раздутую подушку в сторону, выходит из авто в темно-синие сумерки и ежится от ветра. Куртка осталась в салоне.
И сразу чует неладное, увидев, как из заляпанного грязью седана к нему направляются два здоровых бугая в черном. Просто знает, что по его душу.
В мозгу мелькает последняя разумная мысль, что нужно будет переложить биту из багажника под сиденье, а потом в его челюсть врезается здоровый каменный кулак, отбрасывая все из головы.
Не удержавшись от внезапного сильного удара, Ян отлетает назад и падает на жесткий асфальт, протирая его задницей. Сразу же пытается встать, широко расставив ноги. Сплевывает сгустки крови, но не успевает принять нужную позицию, потому что получает удар ногой в живот. Сипло выдохнув, сгибается пополам, но снизу по лицу снова бьют тяжелым ботинком. Подбрасывая его голову вверх.
Тупая боль. Теперь кровь хлещет из носа и брови, заливая глаза и подбородок.
Из легких будто весь воздух вышибли. Он задыхается и, в попытках глотнуть кислород, давится своей собственной кровью. Кашляет, пытаясь сохранить равновесие. Парни лупят молча, по лицу, в живот и ребра. В одни и те же места. Словно хотят стереть из этого мира. Один держит за спиной, оттягивая за волосы, второй старается.
Повиснув на том, что держит сзади, Ян собирается с силами и со всей дури бьет ногой в грудь впереди стоящего. Тот отшатнувшись, делает несколько шагов назад. Но удерживается на ногах.
Это дает немного времени. Резко и сильно поддает головой назад, ударяя по лицу буквально на ощупь. Слышится хруст сломанного носа.
Цепкие руки отпускают, бугай с отборным матом ощупывает свой нос.
— Держи его крепче! — на него снова кидается первый. Второй, с носом, помогает.
Снова скручивают вырывающееся тело. За кровью ни черта не видно, перед глазами все красно-черное. Градом сыпятся удары.
Через какое-то время Ян перестает чувствовать вспышки боли, лицо будто занемело, превратившись в сплошное кровавое месиво. Зыбкая опора под ногами плывет, но парень не теряет надежды вырваться.
«Только не в пах, суки, — повторяет про себя. — Я еще должен заделать детей».
Смеется, обнажая кровавые зубы.
— Смешно? — не выдерживает один из них. Злится, начинает бить сильнее. Тяжело дышит от усердия.
Голова Яна повисла на груди, он уже не ощущает ничего, тело ему больше не принадлежит. Весь превратился в набитое соломой чучело. Обессиленно смежил веки.
