1
0— Плевать, — упрямо перебиваю, не ощущая ровным счетом ничего. Ни страха, ни вины. Лишь опустошенность. — Я больше не хочу этим заниматься.
С грацией пантеры он хищно поднимается с кресла, сузив глаза. Я бесстрашно молчу, продолжая смотреть прямо на него.
— Ты будешь. Делать то. Что я тебе скажу. — Его голос становится еще ниже, по моей коже пробегают жуткие мурашки. Гребанный псих. Просто ненормальный.
— Катись к черту, — тут же прикусываю язык, и чтобы сгладить, добавляю уже чуть мягче: — Деньги я тебе верну.
Неосознанно делаю шаг назад. Еще один. Но бесшумно сократить между нами расстояние ему удается слишком быстро.
— Ты что-то недопоняла, Саша. Давай-ка я тебе помогу, — обманчиво доверительным тоном произносит и приближается ближе.
Встает вплотную. Проводит костяшками по щеке. Идти больше некуда, в поясницу впивается резная ручка двери.
Сердце норовит разорвать грудную клетку и выпрыгнуть. Смотрю на него большими глазами. Что я там говорила? Нет страха? Наивно заблуждалась! Страх есть, и он готов поглотить меня целиком так, что я свалюсь без чувств в ноги этому психу.
— Твою целку сейчас могли иметь товарки в тюрьме. Не мало перепадало бы и охранникам. — Я вздрагиваю от его ужасных слов, чувствуя, как начинает першить в глазах. Но Ян безжалостно продолжает. Его тон спокоен и слишком гладок: — С твоими друзьями произошло бы ровно то же самое. Твоя бабушка, возможно, пережила бы новый инсульт.
— И это, возможно, уже не пережила бы ты сама.
— Я отпустил твоих друзей, сука, целыми. Ты скачешь на моем члене и наслаждаешься. Не обнаглела ли ты, дорогуша?
Слезы катятся по моим щекам, но я гордо вскидываю подбородок, смахивая их резким жестом. Толкаю его в грудь, в попытках глотнуть больше воздуха. Все внутри меня взрывается и испепеляет дотла.
— Да! Обнаглела! Да! Да! Да! — ору, как сумасшедшая. — Да, я наворотила столько всего! Я всего лишь хотела жить!!! И не хочу больше выполнять свои обязательства! Вот такой я гнилой человек!!! И делай с этим что хочешь! Ударь! Бери силой! Сажай в тюрьму! Мне плевать! Я больше не буду с тобой трахаться! Я ненавижу тебя! И себя я ненавижу тоже!
Мои безумные крики проносятся эхом по полупустой комнате, оглушают даже меня саму. Злость на него, на весь мир и больше всего на себя разъедает ржавчиной.
Взбешенный парень хватает меня за шею, крепко сжимая до темных кругов перед глазами. Дышит, как бешеный зверь, его ноздри широко раздуваются.
— Черта с два, — уперто перебиваю. — Тебе придется взять меня силой.
— Значит буду брать силой, раз не хочешь по-хорошему, — злобно выдыхает в лицо.
Слышится треск разрываемого белья.
Я молчу, с безразличием взирая на него из под опущенных ресниц. Делай что хочешь, проклятый дьявол.
