Купи меня дорого (СИ)

Отчего-то стремительно начинаю краснеть. Пытаюсь прокашляться.

— Потерпи минутку. Проводим твоего кавалера.

Ян стиснул зубы, угрожающе двигаясь вперед, но в этот момент бабушка всучила ему его куртку. Смотрю на него с мольбой, мысленно упрашивая не реагировать на выпад Тимы. Он тут же остывает. Плотно застегивает куртку, косится на мою бабушку и, так и не поцеловав меня на прощание, уходит.

— Ну, о чем ты хотел поговорить? — нетерпеливо спрашиваю, когда остаемся с Тимой наедине в моей комнате. Мне реально не терпится выпроводить его. Прежними отношения уже не будут. Я, наконец-то, окончательно поняла и разобралась с этим. Дружба закончилась.

— Хотел рассказать тебе один секрет, — внимательно смотрит на меня, не мигая.

Светлые волосы торчат в разные стороны, курносый нос и веснушки придают ему слишком юный вид. Только все равно это больше не тот Тим. Не смотря на его милое и, если можно так сказать, доброе лицо, в нем чувствуется другая аура. Тяжелая и нервирующая.

Неосознанно напрягаюсь, всем своим нутром чувствуя подвох.

И, не давая мне времени на размышления, выдает:

— Дело в том, что это по моему заказу Истомина избили той ночью на трассе, — говорит так обыденно, ни капли сожаления или чувства вины в голосе.

Во рту мгновенно пересыхает. С ужасом смотрю в его светлые глаза. Мое напускное спокойствие рассыпается, словно песок между пальцев.

Это просто дурацкая шутка. Тим не может такого сделать. Это же… … Ян лежал в реанимации!

— Но… Зачем? — обессиленно спрашиваю, опускаясь на диван.

Зачем эта жестокость?! Ведь Ян отпустил его. Да, с переломанным носом, но ведь мы тогда действительно заслужили все, что получили…

— Потому что я любил тебя целых гребанных три года. А этот подонок просто взял и соблазнил тебя. Принудил к сексу. Ты, наивная, чистая и добрая девочка, ложилась каждый раз под него, потому что не было выбора. А он пользовался.

— Перестань… — шепчу потрясенно. — Он никогда не брал меня силой…

— Да одна фигня. Даже если тебе было с ним хорошо, — желваки на его скулах бешено двигаются, когда он говорит это. — Пойми ты, наконец, он тебе не подходит.

— Да! Ты — светлый и мягкий человек, а он — слишком жестокий, грубый. Такой сомнет, растопчет и не заметит. Он наиграется и вышвырнет тебя.

— Хватит! Я не хочу это слушать! Тебе лучше уйти.

Тим тяжело вздыхает, смотрит исподлобья. Я не узнаю его. Совершенно чужой человек.

— Скажи, ведь я не нужна тебе так уж сильно? — скрещиваю руки на груди, злясь на этот разговор.