1
0— Не забудь таблетки перед сном выпить, ладно?
— Ладно, ладно. Хорошо вам погрызть гранит науки. А чего такая нарядная? — Бабушка отвлеклась от телевизора, разглядывая мой наряд.
— Да обычная вроде. А платье просто решила носить, а то летом даже не успела. Скоро придется до следующего сезона в шкаф повесить.
— Не надо такое платье в шкаф вешать, — согласилась бабушка. — Ну беги.
Она поцеловала меня в лоб, и, с раздирающей потерянностью в груди, я покинула квартиру.
Отель «Пальмира» оказался небольшим трехэтажным зданием, с рядом номеров, выходящих балконами на парковку. Неухоженный газон, забитая до отказа урна, окурки прямо на крыльце… Впечатление не самое приятное. В голове мелькает мысль, что это обыкновенный притон.
Ты действительно предполагала, что для тебя снимут люкс в «Хаятт» и усыпят путь до кровати лепестками роз?
Все во мне кричит развернуться и бежать отсюда без оглядки. Разве похоже это место на то, где мог бы встретиться со мной богатый состоятельный мужчина?
Если только он хочет остаться инкогнито. Меня это более чем устраивает. Я тоже не хочу рассказывать о себе подробно и делиться историями из детства.
***, — шепчут остатки разума. — На глаза снова наворачиваются слезы от вселенской безысходности и отчаяния. Все тело, до кончиков пальцев на ногах, пробивает дрожь.
Чтобы дальше не рассусоливать в голове дебаты и не сбежать трусливо на другой конец света, я достаю телефон и быстро набираю:
Меня ждет незамедлительный ответ.
«Жду тебя в номере 233».
На спотыкающихся ногах я вытираю слезы и иду вперед.
Около крохотной стойки в углу, я робко останавливаюсь, предполагая, что без ключа меня не пропустят. Или вообще сочтут за проститутку и вызовут полицию. Наверное, я, и впрямь, сейчас проститутка. Ведь иду продавать свое тело, осознанно.
Ярко пахнет дешевыми специями.
Потрепанная жизнью тетка за стойкой бросает на меня полный безразличия взгляд и снова начинает наворачивать лапшу быстрого приготовления из пластиковой миски.
— Мне в двести тридцать третий, — на всякий случай уточняю.
— Проходи, не стесняйся, — добродушно доносится из под хлюпающей лапши. Панибратское отношение к постояльцам здесь, наверное, норма. — Второй этаж.
Киваю ей и поднимаюсь по старой скрипучей лестнице на этаж выше. Передо мной узкий коридор с тусклыми лампочками. Сердце бьется об грудную клетку, норовя ее пробить. Трясущиеся ноги на высоких каблуках перестают слушаться. Прижимая крохотную сумочку к груди, я плетусь мимо одинаковых полосок дверей.
