Командарм

Вот теперь и приходится начинать обучение людей практически с нуля. Поэтому я и говорю, что только через год-два мехкорпуса станут боеспособными, а пока это скопище людей, одетых в военную форму, плохо владеющих вооружением и техникой.

– Да… как обычно в России бывает, власть предержащие доказывают, что всё они делали правильно, но вот только времени для того, чтобы их гениальные задумки заработали, не хватило. Коварные враги помешали раскрыться великому стратегическому плану Генштаба. Стреляться нужно авторам таких проколов, а они, если, конечно, мы выживем, через несколько лет будут на белом коне. И опять начнут плести свои гениальные интриги, громко крича при этом, что их планы единственно правильные, а кто их не придерживается, тот враг народа.

– Ваша ирония понятна, но мы действительно все стали жертвой непонятной большинству людей политики и жуткой недооценки противника. Поверьте мне, никто из генералов даже и не предполагал, какая мощь обрушится на СССР. Если даже и готовились к войне, то ошибочно считалось, что в начале конфликта обе стороны будут вводить силы ограниченным составом. Над нашим генералитетом всё-таки довлел опыт Финской войны.

– Да, тут вы правы. Я сам с этим сталкивался, когда учился ещё в академии. Кому я только ни доказывал, что Германия собирается напасть на СССР, и это будет не просто локальный конфликт, как в случае с Финляндией, а грядёт тотальная война на уничтожение. Не верили, но правда, выслушивали все, а материалы, которые я предоставил самому Сталину, он посчитал подсунутой мне английской дезинформацией. Но Сталин человек умный и всё-таки, по-видимому, допускал вероятность начала военных действий между Германией и СССР, поэтому способствовал тому, чтобы меня назначили командиром бригады и направили в Белостокский выступ. Наверное, посчитал, что если война всё-таки начнётся, то этот Белостокский выступ станет самой проблемной точкой обороны на всём протяжении западной границы, и человеку, выступающему за войну с Германией, тут самое место. Ну что же, вождь оказался прав, и моё место именно здесь.

Услышав про Белостокский выступ, полковник Леонов оживился, наверное, почувствовал, что именно этот район меня больше всего интересует, и начал пространно рассуждать о планах прикрытия Западного особого округа и главное внимание уделил району прикрытия № 2 – Белостокскому. Как будто я хуже него знал об этом плане и о районе прикрытия. Когда он начал говорить, что в случае прорыва крупных мотомехсил противника с фронта Остроленка, Малкиня-Гурна на Белосток 6-й кавкорпус с 7-й ПТАБр выбрасывается на реку Нарев, на фронт Тыкоцин, Сураж, дверь в купе Пителина распахнулась, и на входе возник посыльный в форме железнодорожных войск НКВД.