Кое-что о тебе (ЛП)

– Белая, с эмблемой «Сокс»?

– Это Колина. Он, должно быть, забыл ее здесь в одну из своих ночевок.

– Вы двое точно просто друзья? – с подозрением переспросил агент.

– Да, – рассмеялась на это Камерон.

– И ты уверена, что он гей?

Джек с удовлетворенным видом кивнул:

– Спокойной ночи, Камерон.

И до утра она его не видела.

Паллас переоделся в спортивные брюки и футболку, оставив пистолет на лодыжке, и постоял в дверях своей комнаты, прислушиваясь к доносящимся из коридора звукам. Камерон готовилась ко сну. ФБРовец неторопливо проделал собственную процедуру, затем проверил почту на смартфоне.

Покончив с делами, Джек бросил пару подушек к спинке кровати и лег, закинув руки за голову. Он подумывал полистать прихваченную с собой книгу, но настроение у него было совсем не для отдыха.

После того как шум стих, агент выждал еще тридцать минут – на всякий случай, затем встал, прокрался по коридору и, неслышно шагнув в спальню Камерон, остановился на пороге, прислушиваясь к ее тихому, ровному дыханию. Удовлетворенный тем, что свидетельница уснула, Паллас скользнул в угол комнаты, опустился на пол возле заколоченного досками французского окна, которое выходило на балкон и пожарную лестницу, и прислонил голову к стене.

Джек сидел в темноте и сторожил.

Он знал, что сон в конце концов сморит его – доводилось спать и в более неудобных местах, – но это будет неглубокая дрема без сновидений. При необходимости он окажется наготове в одно мгновение.

И помоги, Боже, тому, кто попытается пробраться мимо.

На следующее утро Камерон открыла глаза совершенно дезориентированная. Ей потребовалось время, чтобы стряхнуть ночные кошмары и убедить себя, что это всего лишь сновидения.

Она села, пытаясь различить в тишине особняка какие-то звуки, но ничего не услышала. С другой стороны,  Палласа никогда не было слышно, пока он этого не хотел. На долю секунды Камерон задалась вопросом, не следует ли ей забеспокоиться о ФБРовце, но затем рассудила, что (а) это же Джек и (б) случись что-нибудь с ним, она не раздумывала бы в кровати, потому что попросту была бы мертва.

Странное ощущение – валяться в постели, зная, что где-то в твоем доме бодрствует Паллас.

Поднявшись, Камерон побрела в ванную, почистила зубы и включила душ, чтобы вода прогрелась, пока она разденется. Когда она вытянула руку над головой, чтобы снять с себя футболку,  раненое плечо жалобно запротестовало. Отогнув нашлепку, Камерон глянула в зеркало, желая убедиться, что рана выглядит нормально.

Принять душ и вымыть голову, стараясь не намочить при этом швы, оказалось не такой уж легкой задачей.  По предписанию врача в течение первых суток рану требовалось держать сухой.