Прошло целых три года, а этот субъект все равно вынуждает ее сразу же занимать оборонительную позицию.
– Неужели? Благодаря вам я понятия не имею, во что именно вляпалась, – она помолчала, злясь, что совершенно не в курсе ситуации. – Что случилось с женщиной из соседнего номера?
Камерон кивнула. Это было и так понятно по присутствию детективов из департамента полиции, но подтверждение все же выбило ее из колеи. Она внезапно ощутила безудержное желание выбраться из этих стен, однако заставила себя не обнаруживать никаких чувств перед Джеком и сказала только:
ФБРовец указал на стул возле письменного стола:
– Может, присядете? Мне нужно задать вам несколько вопросов.
– Намерены устроить допрос, агент Паллас?
– Намерены отказаться от сотрудничества, мисс Линд?
– И что тогда? – деланно усмехнулась Камерон. – Примените ко мне жесткие меры?
Взгляд собеседника оставался суровым и мрачным. Упрямица сглотнула и мысленно сделала себе пометку поаккуратнее дразнить мужчину, который носит оружие и винит ее в крушении своей карьеры.
Ей припомнился день, когда три года тому назад они с Джеком впервые встретились для обсуждения дела Мартино.
Специальный агент Паллас как раз этим и занимался. Перед встречей Камерон узнала от своего шефа, что Джек два года работал под прикрытием, внедрившись в организацию Мартино, пока ФБР не было вынуждено отозвать сотрудника, когда его легенда оказалась раскрыта. Прокурор не стал распространяться об операции федералов – сказал только, что на каком-то складе десять бандитов взяли Палласа в кольцо, тот пробился из окружения и в перестрелке был ранен.
В первый же визит со своим напарником в офис помощника прокурора Джек произвел на Камерон немалое впечатление. Она подозревала, что все, кто сталкивался с агентом Палласом, испытывали сходную реакцию: с этими хищными карими глазами, почти черной шевелюрой и темной щетиной он был похож на парня, встречи с которым в ночном переулке женщинам – да и мужчинам – следует избегать.









