0
0— Они несут на себе или с собой что-то новое, к чему экосистема будет привыкать и адаптироваться.
— Значит, во всем виноваты, по сути, мы сами? И нет никаких богов, а только очень сильные маги, которые буквально растворились в своей силе.
— И мое исследование бесполезно? — Ольга с грустью на меня взглянула.
— Нет! — я ударил кулаком по ладони. — Нужно укрепить грани. Твоя лаборатория мне в этом поможет.
Я улыбался, а сам думал о том, что очень и очень повезло, что у меня очень спокойный характер. Ведь могло выйти и так, что сила богини во мне, помноженная на эмоции… нет, даже думать не хочу.
«Да, вы вполне могли разрушить десять процентов защитного слоя мира», — вежливо «подумала» за меня Алекса.
Я молчал, а вот помощница — нет.
«По моим расчетам, с учетом новых данных, последствия этой вспышки могли отразиться на большей части магов этого мира. Анализ показывает, что смертность среди…»
Получается, в одну из таких дыр мы с Вороновым и попали сюда. Нет, это нужно прекратить.
Я медленно вдохнул и выдохнул, а потом прикрыл глаза и начал действовать. Воронов не прошел бы за грань. Он бы разрушил ее. И убил нас всех. И чтобы такого больше никогда не произошло, нужно сделать грани прочнее.
Эта работа заняла у меня не один год. Успехи чередовались с провалами. Я вычерпывал мое море силы до дна, иногда падая без сил прямо на полкабинета.
Но результаты были. Уже за первые полгода магических бурь стало меньше. Как и пациентов с исковерканными магическими потоками. Я не раз видел отчеты Белотеловой, и они это подтверждали. Больше того, настало мирное время.
Магия стабилизировалась.
Не полностью, конечно, порой какие-то вспышки случались, но мы могли их отслеживать и успевали поставить блокировку.
Дети стали рождаться с более сильным даром. Наши с Тенью сыновья в будущем станут сильными магами. Уже сейчас можно было заметить, что у Виктора в пять лет отлично получаются заклинания иллюзий, а у Тимофея-младшего способность к огню. Меня сначала это удивляло, но потом я понял, он сам ее выбрал.
Да, действительно сам. Он родился с признаками всех четырех стихий, но отдал предпочтение пламени. Так и остальные дети, которые родились одновременно с ним. У Матильды с Ежом — Лида обладала как даром к проклятию, так и водной магией. Не приведи боги разозлить малышку.
У Аннабель и Максима — тут все было понятно и без магических измерителей, — Константин уже в семь лет создал первый артефакт. Сейчас он стоит у меня в кабинете, защищая его от огня.
Защитный слой мира дал всем магам пусть и не новые способности, но возможность выдохнуть после череды безумств магии.
— Тимофей Викторович, — я все записала.
— Спасибо, Вероника, — кивнул я своей помощнице.
К слову, это была не Алекса в своем старом виде.
