Кинг

— Нет, только первые несколько раз, — уверил ее Кинг с несмелой улыбкой.

— Хорошо. Ненавижу кашель, — ответила Грейс.

— Уверена, что тебе больше ничего не нужно? — начал Кинг.

— Я старая бабка и скоро умру от этой хрени. А ты и дальше будешь приходить в мой дом, чинить вещи и заботиться обо мне оставшиеся полгода. Ты и так слишком много для меня сделал.

— Не говори так, — скривился Кинг, сжимая переносицу.

Грейс протянула руку, взяла ладони Кинга в свои и положила их себе на колени.

— Ты мне ближе сына, которого у меня никогда не было, — призналась она.

Кинг уставился в пол:

На лице Грейс проступила серьезность.

— Я жалею лишь о том, что не прикончила ее собственными руками.

Одно из ее слов вырвало меня из транса, и я забыла о том, что мне не стоит двигаться. Споткнувшись, я приземлилась на колени и руки почти перед ее кроватью.

— Она всегда такая грациозная? — поинтересовалась Грейс.

Кинг поцеловал ее в лоб и выключил свет. Я с грустью помахала ей рукой перед тем, как он поспешно вывел меня из комнаты, закрывая за нами дверь. Он выключил весь свет в доме и запер раздвижную дверь. Когда мы почти дошли до выхода, Кинг остановился, потянулся за чем-то в карман и поставил что-то на край стола в коридоре. Я отставала от него на несколько шагов, поэтому смогла рассмотреть то, что он оставил для Грейс. И когда я увидела, дыхание застряло у меня в горле.

Он оставил ей маленького, белого, керамического кролика.

— Нам нужно сделать еще одну остановку, — предупредил Кинг, набирая сообщение на своем телефоне на пути к грузовику.

Я посмотрела на него — на самом деле посмотрела — будто впервые встретила. Я видела мужчину, отбросившего свой устрашающий облик и постоянные перемены в настроении и просто заботившегося о женщине, которую любил. Мужчина, которого я начала считать монстром, был способен на любовь.

— Зачем ты показывал Грейс, как курить травку? — спросила я.

— Грейс, может, хорошо притворяется, но она постоянно терпит сильную боль, — скривился Кинг. — Все медикаменты, что ей выписывают врачи, просто херня. Они должны заставлять ее чувствовать себя комфортно, а вместо этого ее от них тошнит.

— Какая-то ху*ня, которую врачи называют агрессивным раком, — костяшки Кинга побелели, когда он с силой сжал руль.

— Ей действительно осталось полгода?

Кингу стало не по себе, но после встречи с ней я думаю, что должна знать больше о ее состоянии.

Он положил локоть на опущенное стекло дверцы, подперев челюсть кулаком.

— Они говорят полгода, но мне сказали, что время всегда стоит делить пополам. Врачи вечно преувеличивают насчет оставшемся нам времени.

— Кто тебе это сказал?

Мы провели в тишине следующие двадцать минут, пока не приехали к нашему находившемуся по соседству пункту назначения.