Кинг

— Мне так жаль, — произнесла она.

И в этот момент Никки нажала на спусковой крючок.

Ранящий слух треск коснулся моего левого уха, будто кирку вонзили в ледяную глыбу.

Не знаю, как оказалась на полу, но я лежала с подтянутыми к груди коленями. Мои глаза были закрыты. Руками я закрывала уши, мне хотелось, чтобы этот звон прекратился. Когда он начал стихать, сильные руки перевернули меня на спину. Моя голова с глухим звуком стукнулась об пол, словно была тяжелым грузом.

— Рыжая ушла, — сказал Медведь, касаясь экрана своего телефона пальцем. — Я послал Кэша и Тэнка найти ее, а также пустить молву серди местных. Город слишком маленький, чтобы она смогла незаметно убежать далеко. Мы поймаем ее рано или поздно.

Зеленые глаза были в нескольких сантиметрах от моего лица, и я могла видеть, как пульсировала вена на его шее.

— Кажется, я ошибался. Ты шлюха. Маленькая шлюха-воровка, — он, наверное, заметил мой растерянный взгляд и убрал мои руки от ушей, чтобы я могла его услышать. — Слушай ты мелкая еб*ная сука…

Он запнулся на середине предложения и посмотрел вниз, туда, где удерживал своими руками мои, и мой взгляд последовал за его. Липкая красная жидкость покрывала мои ладони. Он схватил меня за подбородок и повернул мою голову в одну сторону, затем в другую. Когда парень коснулся места над моим ухом, резкая боль тут же пронзила шею, и тогда я закричала.

— Бл*дь, — сказал он, и теперь его пальцы, как и мои ладони, были покрыты чем-то красным.

Медведь стоял в стороне, скрестив руки на груди. Я открыла рот, чтобы спросить, что случилось, но так и не смогла ничего произнести.

Двое мужчин обменялись несколькими словами, но я не смогла их разобрать. Темнота окружила все в комнате, и секунда за секундой я все больше и больше тонула в этом тоннеле мрака. От боязни темноты мой пульс ускорился, однако, как только я сосредоточилась на красивом гневном лице мужчины надо мной, меня накрыло ощущение жуткого спокойствия.

— Я даже не знаю твоего имени, — прошептала я.

Мне удалось оставаться в сознании достаточно долго, чтобы услышать его ответ:

А затем меня окружила и поглотила полностью тьма.

За все двадцать семь лет моей гребаной жизни я не был так зол, как сейчас. Мало кто из тех, кому довелось ощутить на себе злость Брэнтли Кинга, до сих пор ходит по этой земле.

А еще меньше из тех, кто выжил, хочет говорить об этом.

И к тому же сколько лет было этой девчонке? Семнадцать? Восемнадцать?

Я не знал ее настолько хорошо, чтобы ненавидеть, но все же мне до боли хотелось обхватить руками ее горло и придушить. А еще лучше снять один из тех ремней, что я постоянно носил на своих запястьях, и затянуть на ее шее. Мне было нужно, чтобы она почувствовала всю мою злость, пока я выжимаю жизнь из ее костлявого тела, словно сок из лимона.