1
0Часы на руке бесстрастно показывают полшестого утра.
Замираю, вслушиваясь в тишину, — не разбудила ли Сашу?
Вроде тихо. Фух.
Приснится же такое… Я была в квартире Игоря. Беременная, месяце этак на пятом. Вдруг звонок в дверь, открываю, а там Игорь с Машей. У нее пузо и вовсе лезет на лоб.
— Заходи, — подталкивает муж сестру, обращается ко мне: — Катя, теперь Маша будет жить с нами.
Я в шоке пячусь обратно в зал. А там в кресле, с газетой в руках, сидит папа. Посередине комнаты ломящийся от блюд стол, вокруг которого суетится мама, с улыбкой приглашает нас:
— Проходите, дорогие, пора обедать. Катя, ну что ты встала, принеси подушку для сестры, у нее болит спина.
И я в ужасе просыпаюсь. Руки сами собой тянутся к животу, хотя я прекрасно понимаю, что не беременна.
Ох уж эти игры подсознания.
Впрочем, чего я ожидала после того, как родители вчера, синхронно опустив взгляды в пол, выдали:
— Маша беременна."
"Потом затараторили наперебой, что все возьмут на себя, что ребенок ни в чем не виноват, и они не могут заставлять Машу делать аборт, ведь она планирует оставить ребенка.
И вообще, они хотят устроить Машин переезд в другой город, где она сможет начать новую жизнь. Мол, Игорю не нужно признавать ребенка, общаться и так далее.
Ну как не нужно? Отвалит денег, и до свидания? Как будто, блин, сестра сама его заделала, без его участия!
Я сидела в таком шоке, словно пригвожденная к дивану, что просто беззвучно хлопала ртом, как рыба, выброшенная на берег. Все пыталась хоть как-то уложить в голове ту ересь, что они несли. Только вот эта ересь укладываться никак не желала.
Как, ну как после всего, что произошло, они могут уговаривать меня остаться с Игорем?
Ну, допустим, все действительно было так: Маша его опоила, затащила в постель, а потом шантажировала. Допустим, я ошиблась, и смеялись они не над моим сообщением. Но там, в машине, Игорь сам поцеловал Машу. Сколько таких поцелуев было? Подозреваю, немало. И в нашей квартире никто никого не уговаривал, случилось то, чего оба явно хотели.
И вообще, подумаешь, зять спал с обеими дочерьми, эка невидаль. Так, что ли?!
В итоге их слова и попытки напомнить о моей счастливой жизни с Игорем в какой-то момент попросту начали скользить мимо сознания.
Я почувствовала, что мне не хватает воздуха, подскочила с дивана:
— Хватит! Прекратите!
Обвела обоих диким взглядом, простонала:
— Как вы можете?
— Сядь, — сурово припечатал отец, хлопнул по месту рядом с собой.
Включилась и мама:
— Катя, ты у нас всегда была максималисткой, только жизнь намного сложнее, чем ты думаешь. И никто не застрахован от того, что может случиться. А случиться может всякое. Теперь главное — это все пережить.
— Я это и делаю, — развожу руками. — Но вы не помогаете!
— Мы хотим как лучше.
