1
0
Как, ну как ей сказать все то, что сказать все-таки нужно? Решаю выдавать новости по очереди.
Я шумно выдыхаю и выдаю скороговоркой:
— Я развожусь с Игорем.
Мама выпрямляет спину, а ее глаза становятся размером едва ли не с это огромное блюдо, что стоит передо мной.
— То есть к-как это разводишься? У вас ведь все хорошо.
— Ага. Было. Игорь мне изменяет.
Мама охает, часто-часто хлопает ресницами.
С минуту на кухне стоит давящая тишина, потом она интересуется:
— Ты уверена? Может, его оговорили?
— Уверена. Своими глазами видела.
— Давно изменяет?
— Не знаю, мам. Разве это имеет значение?
— Охохонюшки… — Мама привстает из-за стола, закрывает рот рукой и смотрит на меня сверху вниз. — Что же теперь будет?
— Развод. Я все решила.
— К-как развод? — всплескивает руками мама. — А Саша?
— Что Саша? Будет жить со мной. Игорь сможет видеть ее, когда захочет.
Мама снова присаживается на стул, тянет руку через стол, накрывает мою ладонь. Прокашливается и нерешительно тянет:
— Дочь, ты это… главное, не горячись.
— В смысле не горячись?
— Ну, как Саша будет без отца? Вы столько лет в браке, и все ведь хорошо. Ладно бы отношения были плохими, или поколачивал тебя, или пил. Так ведь нет. Дом — полная чаша, Игорь заботливый муж и отец, тебя любит.
— Если бы любил, то не изменил бы!
— Всякое бывает. Может, это ошибка. Игорь-то что сказал? Неужели готов развестись?
— Ничего. Мы еще не разговаривали об измене. Но развод давать не хочет, — опускаю голову я.
— Вот видишь, — поднимает указательный палец мама. — Значит, осознал ошибку, любит, дорожит.
— Мама! — смотрю на нее во все глаза.
Я поддержки ждала, понимания, а не философских изречений в стиле «все проходит, и это пройдет». Как будто муж мне не изменил, а разбросал носки по дому.
— Что мама? Не мамкай! Я счастья тебе желаю! Думаешь, так просто найти стоящего мужчину, да еще и с довеском в виде ребенка?
— Саша не довесок! — возмущаюсь я.
— Не цепляйся к словам, дочь. Ты знаешь, о чем я говорю. Ты ведь любишь Игоря, и он тебя, значит, решите эту проблему. Вместе. Я понимаю, каково тебе сейчас, но подумай, где ты еще найдешь такого мужчину?
— Откуда тебе знать, каково мне? — вскидываю дрожащий подбородок я.
— Ну… — Мама отводит взгляд, вздыхает. — Ладно, ты уже взрослая, так что не буду ходить вокруг да около, скажу как есть: твой папа мне тоже изменил однажды.
Теперь уже мои глаза округляются до невиданных размеров.
— И ты его простила?
— Сама видишь, — пожимает плечами она. — Да, мы несколько месяцев не общались, но Витя продолжал ходить ко мне как на работу, просил прощения. И не надо смотреть на меня с таким осуждением. Простила, потому что любила. Потому что это была ошибка. И потом наши отношения стали лишь крепче.
Я всегда знала, что мама у меня — сильная духом женщина.
