Капитан Дракон

Она могла представить, что это было проблемой для него, особенно учитывая, насколько сильно он любил театральность своего образа стильного вора-джентльмена. О, как пали великие!

Торчвик заслужил это, учитывая, что он сделал. Она действительно ненавидела его.

«Но я также нуждаюсь в нем».

— Я больше не в Биконе, — сказала Янг, выкладывая сигару на стол. Она положила рядом пластиковую зажигалку и улыбнулась, увидев, как загорелись его глаза. Роман взглянул на нее, а затем опустил глаза и облизал губы. — Бери. Это подарок.

Не от нее, но все равно. Ему и не нужно это знать.

Роман торопливо схватил сигару, боясь, что она возьмет свое предложение обратно. Ему потребовалось всего две секунды, чтобы зажать ту в зубах, и еще три, чтобы расслабиться, выдыхая дым. — Аа, мне так этого не хватало. Ладно, блонди. Ты привлекла мое внимание. Чего ты хочешь?

— Для начала, обращайся ко мне по имени.

Неужели все будет так просто? Часть ее удивилась, что он знает ее имя, но, возможно, кто-то сказал ему во время всех этих событий. В любом случае, ее глаза сузились. Роман непринужденно рассмеялся.

— Я заперт здесь уже больше месяца, и у меня нет посетителей, кроме этого толстозадого начальника тюрьмы, его людей и редких визитов Озпина.

И в добавок, у меня не было ни щепотки табака. Ты хочешь, чтобы я называл тебя по имени? Конечно, понятно, как вам будет угодно, мисс. Сейчас я готов сделать сальто назад, если это принесет мне еще одну сигару.

— Озпин приходил к тебе? — переспросила она. — Но зачем?

— Ему нужно то, что я знаю. — Роман постучал себя по голове и ухмыльнулся. — По крайней мере, он так думает. Дурак продолжает приходить, пытаясь заставить меня расколоться и признаться во всех своих преступлениях.

Я почти готов плюнуть и разбить себе башку о решетку. Это лучше, чем непрерывно выслушивать его нудеж о том, как я могу искупить свою вину, помогая ему остановить других преступников. Ба, поговорим о лицемерном идиоте.

Итак, Озпин тоже пытался вытянуть информацию из Романа. И тот факт, что вор отказал директору, не предвещал ей ничего хорошего. Тьфу, если бы только было возможно просто выбить из него информацию. К сожалению, это не выйдет. Не все проблемы можно решить кулаками.

— Почему бы просто не рассказать ему? — вместо этого спросила она.

— Есть причина, по которой ты так упорно молчишь?

— Тебя это тоже интересует?

— Я держусь за то, что знаю, потому что мне не пойдет на пользу, если я кому-нибудь все расскажу. Прямо сейчас, когда я застрял здесь, это последний козырь, который у меня остался. Если я откажусь от него ни за что, я потеряю всю свою ценность для этого ублюдка. Могу поспорить, что после этого я буду брошен гнить здесь до конца жизни, или, может быть, даже погибну в «трагичном несчастном случае».