— Раньше всех пострадавших необходимо было вырубить до того, как препарат покинет их организм, но ты сказал, что она отключилась сама, конкретно после того, как активировала свое проявление.
— Да, — подтвердил Роман. — Ее волосы вспыхнули, и она вся превратилась в красноглазого блонди-дракона, а затем рухнула, как марионетка с перерезанными нитями.
Янг сердито покосилась на своего подчиненного, не совсем одобряя метафору.
— Интересно… да, это имеет смысл — потенциально. — Цуне проигнорировала их и вернулась к своему столу, глядя через микроскоп на то, что, как Янг могла только предположить, было образцом ее крови.
Озпин многозначительно кашлянул в ладонь. — Не хотите поделиться, доктор?
— Ах да, прошу прощения. Ну, если моя теория верна, то кажется, вирус Клыка может обладать довольно низкой устойчивостью к нагреву.
— Нагреву? — Ты имеешь в виду мое проявление?
— Твое проявление, огонь, даже просто лихорадка, — объяснила Цуне.
— Хм, в этом есть смысл, — сказал Роман. — Хотя я не уверен, насколько это нам поможет. Ни у кого, кроме босса, нет такого проявления, а заражаются и обычные люди. К тому же, разве подобное повышение температуры не опасно?
— Обычно да, но к примеру для мисс Роуз было бы также опасно двигаться на большой скорости. У обычного человека внутренности превратились бы в фарш. Мы давно предполагаем, что проявления вызывают определенные изменения в физиологии у своих пользователей, так что у Янг уникальное тело, способное выдерживать более высокие температуры, по крайней мере внутри.
Хотя это была приятная особенность и повод для гордости — и она всегда задавалась вопросом, почему пламя ее волос не сжигало, ну вы знаете, не сжигало ее волосы — но это все еще ничем не помогало другим людям. — Это позволит приблизиться к разработке лекарства? — спросила она.
— Да, это станет первым шагом. Более того, я считаю, что эта информация может пригодиться и тебе, — сказала доктор Цуне.










