Кайкен

Однако кто из двоих подстроил ловушку? Пока что следствие склонялось к тому, чтобы признать правоту Пассана, — в его пользу говорили полученные ожоги.

Но в сущности дело обстояло так: слово выжившего против молчания мертвеца.

Поиски злоумышленника, проникшего в дом Пассана, пока не принесли результатов. Опрос торговцев, связанных с продажей обезьян-капуцинов, ничего не дал. Проверка баз данных по почерку преступления — методика забора крови, возможные кражи гемоглобина — также уперлась в тупик. Тщательный осмотр дома не привел ни к чему. Оставалось дождаться результатов анализа ДНК, но Пассан готов был держать пари, что все образцы будут принадлежать членам его семьи и приходящей няне Гае.

— Я тебе рассказывал, как один раз наступил на ногу гитаристу «The Clash» Джо Страммеру?

Пассан неопределенно повел головой. Фифи пустился в рассказ, но он не слушал. Около часа дня, в промежутке между двумя периодами забытья, он разговаривал с Наоко. Она отвезла детей в школу, а потом, как каждый день, поехала на работу. Она и не подозревала, что за ней по пятам следуют два полицейских, а дом взят под постоянное наблюдение. И он хотел убедить ее в том, на чем настаивала официальная версия: преступник мертв, детям больше ничто не грозит.

Пассан не сразу сообразил, что Фифи поднялся.

— Ты что, уже уходишь?

— Я к тебе вечерком еще загляну. Включить телик?

Пассан недовольно поморщился. Предупредительность коллеги еще острее заставляла его ощутить свою беспомощность.

— От Леви что-нибудь слышно? — напоследок спросил он.

— Тишина. Начато расследование. Сейчас проверяют его банковские счета. На тот случай, если он смылся.

— Вздумай он смыться, замел бы все следы.

— И на старуху бывает проруха.

— Тело где-нибудь всплывет. А пока шерстят его врагов.

— Ну, тут работенки надолго хватит.

Фифи отсалютовал ему по-ковбойски, приложив к виску палец, и исчез. Пассан оказался один в четырех стенах. Делать было решительно нечего. Убивать время в больнице — тяжкий труд. Разве что попытаться навести порядок в собственных мыслях. Он закрыл глаза, и сейчас же перед ним заплясали вспышки. Мозг пронзали тысячи молний.

Разбудил его громкий звук. Несколько секунд он лежал, не понимая ни где он, ни что это звенит. Наконец сознание вернулось, и он узнал больничную палату, залитую тусклым предвечерним светом. Выходит, он проспал несколько часов. А проснулся от телефонного звонка. Его собственный мобильник сгорел на заводе, и Фифи принес ему новый. Потому-то он не сразу понял, что звонит телефон.

Действительно, на тумбочке светился экран мобильника.

— Это Фифи. Есть новости по Леви.

Пассан вспомнил детство и сочельник.