0
0И поэтому, когда он оказался рядом с ее крыльцом, заявила без прелюдий:
– Твой дядька обидел мою маму.
Денис остановился в полуметре от нее. Опасная дистанции. Близкая. Ярлову ничего не стоит поймать ее в объятия и сжать…
Лора мысленно дала себе затрещину. Кто о чем, а лысый о бане.
– Он не мог, – четко и строго сказал Денис.
Без паузы…
Он даже не нахмурился или она не рассмотрела?
– Мог, – упрямо повторила она. – У мамы глаза на мокром месте.
– И?..
Денис скрестил руки на груди и расставил ноги на ширине плеч.
Ну конечно! Мужская солидарность, мать ее ети. Нашла, к кому прийти с проблемой.
– То и «и», – раздражаясь еще сильнее, выпалила Лариса. Не надо было выходить. В этом вопросе помощи от Дениса ждать не приходилось.
Она развернулась, чтобы уйти домой, но крепкая мужская рука перехватила ее.
– Куда ты собралась? Мы не поговорили.
Вот!
Чего она и опасалась.
Его прикосновений.
Место, где его рука сжала ее плечо, зажгло. Не в прямом смысле, конечно. Лоре надо было подстраховаться, встать от него подальше. Или вовсе не выходить, не затевать разговор.
Девушка развернулась, готовая высказать все, что думает о самом Ярлове и другом Денисе Валерьевиче, но слова застряли в горле. Сейчас Денис стоял к ней не просто близко. Свет от ближайшего фонаря падал на его лицо. То ли произошла игра теней, то ли ей удалось на самом деле рассмотреть эмоции, бушующие в нем."
"Он пылал. Злился, однозначно. Но было еще что-то в транслируемом пламенном взгляде, которым он буравил ее.
Денис склонился над Лорой, обдав ее теплым дыханием. Случилось то, чего нельзя было ни в коем случае допускать, – их телесный контакт. Лора всегда посмеивалась над теми дамочками, которые с придыханием сетовали, что они не могут устоять перед тем или этим мужчиной и с ними случилось то самое пресловутое предательство тела.
Она в это никогда не верила. Как взрослая самодостаточная женщина не может сказать «нет»? Что такого должен делать мужчина, чтобы девушка теряла голову?
Оказывается, ничего сверхъестественного делать не должен.
Для Лоры он всего-то должен быть Ярловым.
С его запахом, с его телом. С его неповторимой аурой. Пусть и тяжелой, временами давящей. Но такой сводящей с ума.
Это сложно объяснить. Наверное, невозможно. Все доводы разума исчезали, испарялись. На месте пусть немного для кого-то взбалмошной, но вполне разумной женщины появлялась другая. Девочка-девочка, тянущаяся к сильному плечу. К той невидимой силе, что исходила от Ярлова и которая считывалась в каждом его слове, поступке, движении. Она на нее реагировала очень остро.
Она подчинилась…
И сейчас ее внутренний спидометр опустился на максимально низкую отметку, засветив красным.
Денис приблизил свое лицо к ее. Между их губами оставалось всего ничего.
