0
0Пока она до люстр добралась, с нее сошло тридцать три пота. Кондея тоже, естественно, не было.
Теперь полы. И, пожалуй, хватит.
Смахнув испарину с лица, Лора шумно вздохнула. Нехило она потрудилась. Остался последний штрих. На вечер она планировала небольшую прогулку. Тут неподалеку имелась речка, настоящий релакс для израненной души.
Поменяв воду, Лора вышла на крыльцо. Окинула придирчивым взглядом дощатые ступени. Н-да уж. По плиточке возить тряпкой куда как приятнее. Ладно, что имеем… Надо признать, дом находился в неплохом состоянии. А то, что ему не хватало косметики и лоска, это другой вопрос. Выжав тряпку, Лора принялась за дело. Еще немного, еще чуть-чуть…
Дверь входную открыли. Без стука, без предупредительного выстрела. А так как Лора домывала ступени, то распахнула дверь, ведущую во двор, тем самым создав отличное пространство для сквозняка.
Чем и воспользовался ветер, задравший подол ее платья."
"Правильно! Ибо нечего мыть полы в платье. На это есть шорты. Штаны, бриджи! На это есть целая куча другой более подходящей одежды!
И тогда не пришлось бы стоять раком непонятно перед кем с почти голой задницей.
Боже. Кровь прильнула к лицу Лоры.
– Вот это я понимаю сибирское гостеприимство.
Первая мысль была – какие на ней трусы. Как тут не вспомнить небезызвестную Бриджит Джонс. Кажется, все-таки нормальные. Черные, правильно же? Нифига-а. Персиковые. Точно. И они не хлопковые, какие надлежало носить дома. А кружевные. Попа точно вся прозрачная. Она помнила эти трусики, недавно как раз их «списала», потеряв от них при переезде лифчик.
Причем, они дорогие. И очень-очень красивые.
Вторая мысль промелькнула более отдаленно в сознании. Что голос говорившего, пусть и наполнен иронией, был знаком. Именно по иронии она его и признала.
Но звучал он бодрее, чем пару дней назад.
Но от этого легче не становилось. Вот никак.
Сглотнув подступивший к горлу ком и пытаясь сохранить остатки достоинства, Лора присела, опустив тем самым задранную ранее задницу.
И лишь потом обернулась.
Пожалуйста… Пожалуйста… Пусть она ошибется.
Нет. Не ошиблась.
В дверном косяке стоял мужчина. Тот самый Денис, мать его Валерьевич, непонятно какими судьбами занесенный на крыльцо ее дома. Причем явно чувствующий себя вполне комфортно. Он стоял, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к дверному косяку.
А так же с любопытством рассматривал представшее перед ним зрелище.
Тут впору закатывать глаза. Лора обошлась пунцовыми щеками. Шея и грудь, кажется, тоже пошли пятнами.
Выглядел Денис иначе. Не как она его запомнила. С мужчиной произошли кардинальные перемены.
