2
0Меня буквально бьет дрожь. Потрясывает. А когда я ощущаю прикосновение к своей обнаженной коже, то непроизвольно издаю стон. Это стремительно видоизменяет нашу негу. Альфа спешно отстраняется и ладонью закрывает мой рот.
— Никаких звуков! Молчи! — зло проговаривает, пока я удивленно моргаю.
Он решил меня придушить?
Но тогда почему не закрыл и нос…
С бьющимся в тревоге сердцем, наблюдаю за тем, как его лицо постепенно принимает выражение прежней отстранённости. Когда Оуэн остается доволен результатом, то встает и снова подхватывает меня на руки, а затем начинает быстро двигаться к ванной комнате.
— Тебе надо помыться, иначе температура может не спуститься. — спокойно информирует, стоит мне снова улететь в свои порочные фантазии и тут же приземлиться в очередное облако волнения, ощущая, как меня запихивают в душевую кабинку. — Чтобы смыла с себя весь этот химозный запах! — зло цедит он. — Никаких, блядь, духов. Ты смерти моей хочешь? — резко включает воду, и я, вздрогнув, начинаю вопить, пытаясь выбраться.
— Ты что творишь? — испуганно вскрикиваю я. — Она же холодная!
— Сейчас станет ледяной, если немедленно не прекратишь! Хватит дергаться, как истеричка! Дженнифер!
— Ты совсем больной на голову! Я думала ты вырос и стал умнее, а такой же конченный придурок! Лишь бы поиздеваться!
— Поговори! — напор убийственного душа становится сильнее.
— Я тебя засужу! — кричу я, пока зубы судорожно бьются в чечетке, но чувствую, что голова, наконец, проясняется, и желание немедленно раздвинуть перед ним ноги проходит.
К сожалению, полностью оно не исчезает.
Оуэн тем временем замолкает, и я улавливаю изменения в его глазах.
Мерцающий взгляд альфы скользит по моему телу. Он настолько ощутим, словно оборотень гладит меня ладонью, и сейчас она определенно пребывает на моей груди.
А ведь я стою перед ним практически голая, в одном белье!
Он протягивает руку к моему животу…
— Немедленно отвернись! И не смотри! — кричу, закрываясь как могу руками.
Гневно смотрит мне в глаза, словно это я творю бесчинство, а никак не он. Тяжело дышит, придавливая темным взглядом, заставляя ощутить его силу, от которой мои коленки предательски начинают подгибаться, а затем спешно разворачивается и идет к выходу. Около двери кидает через спину холодную команду:
— Надень на себя сегодня самую уродливую и закрытую пижаму. И поставь рядом с кроватью эти проституцкие духи.
Дверь ванной комнаты хлопает так сильно, будто ненависть ко мне оборотня передалась и ей. Оставаясь под нещадными к моему телу струями воды, я сползаю вниз по стене и обхватываю свои колени руками.
Время, проведенное в прозрачных стенах душевой кабинки, действительно помогает мне немного прийти в себя.
