Избранные Луной (СИ)

А затем я вижу вокруг себя кровь.

Я лежу круглой на поляне, солнце ярко светит, слышно пение птиц — но это не радостный день… Нет. Я знаю, что это самый страшный день… И я дрожу всем телом. Вокруг меня люди. Они кричат. Их страх осязаем. Мне тоже страшно. Страшно и нестерпимо больно…Хочется убежать и спрятаться, но я не могу… я связана.

— Мама, — шепчу, как в бреду. — Вокруг кровь и все кричат…Мама, помоги, пожалуйста. — сквозь пелену перед глазами проступает взволнованное лицо Рикарды.

Она гладит меня по волосам, а затем вдруг опускает взгляд, и я отчетливо вижу в ее глазах страх. Моя русая прядь вновь стала совершенно белой.

— Дочка, ты пила сегодня лекарства?

— Она их не пила дня два или три, — вместо меня отвечает Мэйс.

— Лу! — кричит нервно мама. — А-ну быстро беги в комнату Дженни и принеси лекарства, которые лежат у нее на тумбочке. Ну же! Чего ты застыла! Быстро! Эртал, а ты чего там делаешь? Раз укол Мэг сделан, иди сюда! Помоги же! Помоги!

Закрываю глаза, проваливаюсь в колодец криков, но выплываю, ощущая прикосновение шершавых пальцев ко лбу. Легкие постукивания по вискам. Аромат лекарственных трав и щепотка корицы. С самого детства они ассоциируются у меня с нашим лекарем.

— Плохо, что она уже несколько дней не пила лекарства. — говорит он тихо маме.

— Таблетки теперь не помогут? — следует взволнованный вопрос. — Что делать? Разве не рано? Ты же мне обещал! Ты нам обещал.

— Рано. — издалека доносится голос врача. — Нам надо будет провести нашу ежеквартальную процедуру чуть раньше. Не беспокойся, мы все успеем.

Гуляя где-то между облаками серого тумана, страха, воя волчицы и сотрясающих душу чужих криков — вспоминаю о процедуре.

Но ведь до нее еще столько времени.

С семи лет, с того самого дня, как я появилась в доме Стефенсонов, раз в три месяца я прохожу комплексный осмотр в клинике Эртала. Ради комфорта и спокойствия приемной дочери Рикарда всегда отвозит меня лично и никому не позволяет ехать с нами.

В медицинском центре Луал меня полностью осматривают, измеряют, взвешивают, а потом проводят ряд еще более глубоких исследований, но предварительно погружают в сон, чтобы я не испытала неприятных ощущений.

Вначале эти походы настораживали, но со временем я к ним привыкла и даже полюбила.

Целитель всегда был добр и угощал полезными леденцами, а вечером, уже закончив со всеми анализами, мы с мамой ехали ужинать в ресторан. В детстве мы чаще ходили есть мороженое, гуляли возле пляжа и болтали. С одной стороны, я ощущала себя немного неловко перед сестрами, так как считала, что краду у них маму на целый день, хотя прав на нее у меня гораздо меньше, чем у них. Но, если честно, в эти дни я испытывала безмерное счастье, так как все внимание Рикарды становилось моим.