Тогда он одергивал себя, сам понимал, что это невозможно. А с той девчонкой Сашей они успели сдружиться, хихикали вдвоем, толкались, девчонка его совершенно не боялась, подпускала совсем близко.
- Не ожидает опасности, или заманивает? Доверяет или завлекает? - он не мог понять, но с ней было легко и приятно.
Однажды девчонка спросила:
- Слушай, Сеня, а тебе не нагорит от Него, - снова пальчиком показала на потолок, и сделала страшные глаза, - Ну, что ты ко мне в гости приходишь?
Арсению стало весело:
- Нет, он ко мне хорошо относится.
- Так может... - она замялась.
- Что, может, - это уже интересно.
- Ну, может, ты бы познакомил меня с ним, ну... представил издали... если он чересчур важный и чопорный...
- Ты хочешь видеть хозяина замка?
- Зачем? - напрягся мужчина.
- Ну как зачем? Как ты не понимаешь! Поговорить, узнать побольше...
- Что, про замок? - прикинулся Арсений.
- А вдруг он страшный, как настоящее чудовище! - выпалила Саша и задохнулась от собственной дерзости и бестактности.
Арсений секунду смотрел на нее, открыв рот, а потом громко расхохотался. Девчонка пыталась дуться, но не выдержала и стала хохотать вместе с ним.
- Ничего, - глухо ответил он и поцеловал.
Так странно, словно раньше никогда никого не целовал, ощущения были новыми и такими свежими... голова закружилась моментально, его повело...
- Ничего... - он с трудом оторвался от нее и стремительно ушел.
Не был еще Арсений к этому готов.
Он чуть не сорвался и не уехал снова.
Точнее, он улетел, но тут же вернулся.
Охрана к вечеру пополнилась несколькими дрессированными хищниками, теперь кроме собак, периметр будут охранять четыре специально натасканных леопарда.
- Как бы хорошо не подготовился к побегу наш женишок-телохранитель, - думал про себя Сеня, - Появление четырех новых хищников собьет его планы.
С точки зрения Арсения это был очень щедрый подарок англичанину - шанс остаться в живых. Рабыня под номером 18 потеряла для него свою ценность, хотя раньше ему нравилась эта синеглазая гордячка, которую он в свое время целую неделю приручал, все не давалась в постели. Но факт ее измены, пусть и не свершившийся пока, свел на нет весь интерес его к ней.










