1
0Он, как институт закончил, опять в родные места вернулся, не прижился в городе. И она, как образование в техникуме получила, тоже сюда. Скучно ей вдали от родных, неуютно. Тут они и встретились — уже серьезно, по-взрослому. По-другому друг на друга посмотрели. Выходит, не зря оба вернулись, счастье свое нашли.
Перед домом Гриши Ульяна замешкалась, словно испугалась чего-то. Мысль идиотская посетила — а где он сам-то был? Утром пришел… Папоротник искал… Чудно…
Калитка открыта была, Ульяна вошла. Во дворе было пусто, только собака вылезла из будки, лениво тявкнула, потом вильнула хвостом и снова удалилась в будку — на жаре службу нести не хотелось. Опять же, Ульяна своя, не чужая, так чего зря шум поднимать?
Ульяна прошла в дом. Гриша сидел за столом. Ульяна еще с порога заметила — мрачнее тучи. Подошла, села рядом на табуретку.
Гриша поднял глаза, мутные, красные, сразу видно, не в себе человек. Дыхнул на Ульяну перегаром.
— Здорово, коли не шутишь.
— Мне налей. — Ульяна достала стопку из буфета, подставила. Гриша плеснул ей на донышко. Ульяна зажмурилась, выпила. В горле перехватило, слезы из глаз полились. — Ох, и крепкая!
— Мать делает. Что в конторе говорят?
— Ничего. Демьяныч следователя ждет. А где мать у тебя?
— В город поехала, Надежде помочь… Та совсем плохая, куда ее одну отпускать. А мать все равно свободна.
Ульяна замешкалась, спросить или уж не спрашивать, где вчера был. Что она, следователь? А с другой стороны, Гриша ведь жених ей…
— Гриш, Светка вчера сказала, ты папоротник искать пошел… Неужто правда? Я как искупалась, вышла, а тебя нет. Искала, искала… Где пропал-то? Так домой и пришлось одной идти.
— Да, как видишь… — Ульяна неприятно поразилась его грубости. Странно… Гриша всегда обходительный такой, вежливый, стеснительный даже, а тут… злость в голосе, раздражение…
— Вот и слава Богу. А где я был, там меня уже нет.
— Загадками говоришь. Трудно просто сказать?
— Да нечего говорить, не приставай. Захочу — сам расскажу.
— Есть что рассказывать?
— Может, и есть, а может, и нет. Сказал, не лезь!
Ульяна притихла, обиженная. Гриша стопку в рот опрокинул, не закусил даже.
— Следователь у меня был.
— У тебя?! Что ему от тебя-то надо?
— Того же. Глупая, не соображаешь?! И к тебе придет, и ко всем. Про Галку спрашивал, что же еще?
— А что спрашивал-то?
— Видел, не видел… С кем, почему? Следак, он и есть следак. Вынюхивает…
— Так ее правда… того? Задушили? Я думала, она сама…
— Может, и сама… Он ничего не говорил. Вскрытие покажет. Представляешь, вскрытие… Как про консервную банку… — Гриша вытер слезу.
